– Неужели ты не можешь чуть-чуть постараться?! – взорвался я. – Я только что ценой страшных усилий вытащил тебя через канализацию к морю, а ты даже не пытаешься припомнить простенького заклятия! На, получи.
Я достал из сумки немного фазиса. Он по-прежнему оставался зеленым и свежим. Взгляд Лисутариды стал немного живее, она с необыкновенной ловкостью соорудила самокрутку, машинально произнесла нужное слово, и фазис мгновенно задымился. Властительница Небес глубоко затянулась и сказала:
– Ах да, конечно. Я – волшебница и умею творить заклинания. Дай-ка мне еще разок взглянуть на эту книгу.
Я освещал книгу заклинаний, а Властительница Небес просматривала страницу за страницей. Я прикрывал волшебный освещальник рукой сверху, а то какой-нибудь заблудший дракон, заметив свет, мог запросто послать струю пламени в несчастных стоящих у кромки воды беженцев.
Лисутарида захлопнула книгу и произнесла несколько слов заклинания Принудительного привода.
– Лодка на подходе, – сказала она.
– Отлично. Дракон тоже.
Над городскими стенами возник лениво хлопающий кожистыми крыльями дракон. Чудовище направлялось в нашу сторону. В поле зрения появилось небольшое суденышко. Это была рыболовецкая одномачтовая лодка, оснащенная единственным парусом. Я снова закинул Макри на плечо и зашлепал по воде навстречу лодке. Бросив Макри через борт, я вскарабкался на это, с позволения сказать, плавающее средство. Лисутарида не смогла самостоятельно перебраться через борт, и я помог ей это сделать.
– Используй заклинание! – крикнул я. – Уводи нас отсюда скорее!
Лисутарида щелкнула пальцами, и лодка начала дрейфовать в открытое море. Дракон повернул морду в нашу сторону, но преследовать не стал. Эти зверюги не любят летать над водой.
Лисутарида улеглась на палубу и прошептала:
– Еще фазиса… Я хочу фазиса.
Я вручил волшебнице свой кисет, и она скатала себе еще одну палочку.
– Когда ко мне вернутся силы, – мрачно произнесла она, – я вернусь и погоню орков до самых гор.
Я посмотрел в сторону берега. Не исключено, что я вернусь вместе с ней гнать орков. С другой стороны, я могу двигаться все дальше на запад, чтобы посмотреть, нет ли где спроса на детективов-волшебников. Этот вариант казался мне не самым плохим, учитывая то, что случилось с Тураем за последнее время.
Под действием остатков зимней хвори, заклятия Дизиз и двойной дозы фазиса величайшая волшебница всего западного мира снова оказалась в полном отпаде. Я отнес Макри и Лисутариду в крошечную каюту, накрыл их плащами и, вернувшись на палубу, взглянул в сторону Турая. Над дворцом по-прежнему поднимались клубы дыма, а в небе продолжали кружить драконы. Лодку несло течением, и я спрашивал себя: увижу ли когда-нибудь снова этот город?
Фракс и ледяной дракон
Глава 1
Мы заперты на этой крохотной лодчонке восемь дней. Мы не видели землю с тех пор, как отчалили от Турая. Дождь идет постоянно, и волны угрожают накрыть нас с головой. Я продрог, промок и сыт всем по горло.
Если вас угораздило застрять на небольшой посудине посередь океана, то Лисутарида Властительница Небес не так уж и плоха в качестве соседа. Ее колдовство, по крайней мере, не дает нам помереть с голоду. Стоит Лисутариде щелкнуть пальцами, и рыбу можно брать голыми руками. Это спасает от возни с рыбацкими причиндалами. Используя другое вспомогательное заклятье, она может очищать воду, так что смерть от жажды тоже не грозит. К сожалению, Лисутарида не властвует над океанскими течениями и недостаточно сильна, чтобы превозмочь ветер и вернуть нас на сушу. Мы безвольно дрейфуем, не зная, где, если вообще где-нибудь, достигнем земли.
Город-государство Турай был в осаде. Мы надеялись продержаться до появления помощи, но потерпели неудачу. Турай захватили орки. Их колдуны свели на нет нашу защиту, а лорд Резаз-Мясник со своей армией ворвался внутрь через пролом в северной стене. В жутком беспорядке я бежал, прихватив с собой Макри и Лисутариду. Лисутарида пребывает в депрессии с того момента, как попала на борт. Она является главой Гильдии волшебников и одной из сильнейших на Западе чародеев. Ее обязанностью было обезопасить город от оркского колдовства, и она опростоволосилась. В ее защиту можно сказать, что ее свалило с ног сильное недомогание; и даже при этом она винит себя.
Макри, экс-гладиатор и по совместительству подавальщица в баре, куда менее приятный спутник. Она разгневана тем, что оставила город без борьбы. Подозреваю, что в действительности она ругает меня за свое спасение. Тот факт, что Макри настолько ослабела от зимней хвори, что неспособна была передвигаться, не говоря уж о сражениях, не мешает ей бранить себя за то, что покинула Турай, не нанеся ни малейшего удара ради его защиты.