Макри оглядывается вокруг с отвращением.
— Они, я погляжу, не тратят много времени на архитектуру, не так ли?
— Вероятно, нет. Это место по большей части пустует десять месяцев в году.
Резиденция Кублиноса оказывается одним из самых больших особняков в северной части города. Пока он лично сопровождает Лисутариду в некие роскошные гостевые покои, юный слуга ведет меня и Макри в две крошечные комнатушки на самом верху здания. Я не жалуюсь. Я жил и в худших условиях. Пусть я и не так счастлив, как эльф на дереве, зато сравнительно удовлетворен. По крайней мере, я в тепле, и есть крыша над головой. Содрогаюсь, вспоминая лодку. Ложусь на маленькую кровать и отхожу ко сну, размышляя о соревновании по бою на мечах и о прекрасных возможностях для ставок в связи с ним.
Когда я проснулся на следующий день, то чувствую банное настроение, что обусловлено ближайшим таким заведением, поскольку я нахожусь в городе, славящемся своими горячими банями. Возможно, я принижаю свое самомнение, позволяя себе плестись в обычные бани. В конце концов, я главный советник Лисутариды Властительницы Небес. Это должно хоть как-то отражаться на моем статусе. Решаю этот вопрос с Кублиносом после завтрака, который мы едим в отделанной дубом комнате с тяжелыми кожаными креслами и приятно трепыхающимся огоньком за каминной решеткой. Это тот тип внутреннего убранства, который стоит ожидать у обеспеченных жителей Самсарина. Уютно, но ничего современного: мебель, доставшаяся им от прародителей, и серебряная посуда, что еще древнее. Кублинос быстро рушит все мои надежды быть допущенным в Королевскую баню.
— Здание зарезервировано для аристократии. Внутрь пропускают только короля, его баронов и определенных придворных.
— Включая тебя?
— Высокопоставленные волшебники допускаются, да.
— Но Лисутарида собирается в баню Королевы. Разве у меня нет некоторого статуса, как ее советника?
Очевидно, нет. Макри не является на завтрак. Нахожу ее снаружи на площадке, упражняющейся с мечами. Она неспособна долго обходиться без оружия в руках. Это делает еще абсурднее отказ вступить в состязание.
— Чем ты недоволен? — спрашивает она.
— Сословным сообществом! Неправильно, что бароны получают всю лучшую горячую воду, а я вынужден отмокать в грязном водоеме, стиснутый толпой фермеров.
— Так же было и в Турае, разве нет?
— Полагаю, так. Но я думал, что, являясь главным советником Лисутариды, мог бы повысить свой статус.
— Ты сказал 'прощай' своему статусу, когда принял баронессу Демельзу за прислужницу, — говорит Макри. — В любом случае, твое положение не настолько низко, как мое.
— Тебе нужно отыграться на них, — говорю я.
— Что ты имеешь в виду?
— Покажи им, что ты не хуже остальных. Выступи на соревновании и выиграй его.
Макри смеется.
— Забудь. Я не участвую в таких нелепых состязаниях. Я занята. Лисутарида встречается с самсаринскими волшебниками, и я сопровождаю ее как телохранитель.
— Она не сообщала мне о какой-либо встрече. Куда вы идете?
— В баню Королевы.
Я моргаю.
— Что? Ты спокойно идешь в баню Королевы?
— Само собой. Нельзя ожидать от главы Гильдии волшебников, что в военное время она будет разгуливать без своей телохранительницы. Что если оркский шпион попытается ее убить?
Новости портят мне настроение. Мысль о Макри, плескающейся с аристократками, по-настоящему меня возмущает. Черт подери, вы бы не сумели отыскать более заурядное существо, нежели Макри. Я же добрый гражданин с образцовым послужным списком и проявил себя на войне как герой. Им следует встречать меня в Королевской бане с распахнутыми объятиями. В данный момент, в скверном настроении, я решаю укрепить свой дух одной-двумя кружечками пива. Сейчас еще раннее утро, но нет вреда в том, чтобы навестить местные таверны. Я бреду мимо низких серых зданий в центре города, размышляя о том, что мне пришлось бы испытать немалые тяготы, обустраивая свою жизнь в Самсарине. Я не уверен, что здесь, в кругу по большей части сельских жителей, совершается достаточно преступлений, чтобы не оставить детектива без работы.
— Помогите! — поблизости раздается резкий крик какого-то страдальца. Возможно, я ошибался насчет преступлений. Бегу за угол, где обнаруживаю пожилого господина, которого освобождают от имущества трое вооруженных человек. Хватаю одного из них за воротник и швыряю на землю. Его товарищи окружают меня.