— То, на что я надеюсь, — говорит баронесса.
Замечаю соблазнительную бутылку вина на столе. Баронесса не предложила мне ни капли. Возможно, это ниже ее достоинства.
— Думаю, вполне возможно, что Алцетен была убита. Что должно означать, у твоей дочери есть причина для беспокойства.
Демельза приходит в ужас.
— Неужели ты серьезно?
— Я опросил людей в Королевском Архиве и не убежден, что они говорят правду. Думаю, их вынудили держать рот на замке. Уговорили или же подкупили.
— У тебя есть доказательства?
— Нет.
— Вообще никаких?
— Нет.
— Значит, я должна допустить, чтобы моя семья погрузилась в хаос из-за твоего смутного подозрения?
Пожимаю плечами.
— Ты не обязана чего-то допускать. Это твое дело. Но ты просила меня выяснить, правдивы ли опасения Мерлионы, и есть основания, что да.
Демельза садится, весьма обеспокоенная.
— И что же мне сказать мужу?
— Получается, он не знает, что ты меня наняла?
— Нет. И не будет рад узнать, — баронесса мотает головой. — Фракс, ты действительно уверен насчет этого? Раз Мерлиона в опасности, то я должна защитить ее, но это создаст ужас сколько трудностей.
— Думаю, в смерти Алцетен есть нечто подозрительное. Означает ли это, что Мерлиона тоже в опасности, нельзя сказать с уверенностью. Это могло бы и не касаться твоей дочери. Она могла просто оказаться там в неудачное время. Но твоя дочь и впрямь считает, что повозка пыталась сбить и ее тоже, поэтому, на мой взгляд, тебе следует серьезно отнестись к этой угрозе.
Демельза протягивает руку, берет бутылку и наполняет вином два серебряных бокала. Один передает мне.
— Что мне теперь делать?
— Держи Мерлиону в безопасном месте вдали от чужого глаза, пока я продолжаю расследование.
— А что если ты ничего не выяснишь?
— Выясню, — говорю я и одним махом допиваю свое вино. — Мне нужно будет поговорить с отцом Алцетен. Так понимаю, он важный чиновник.
— Цетенос? Довольно важный, наверное.
— Не дашь ли мне рекомендательное письмо? Оно облегчит мне жизнь.
Баронесса колеблется.
— Если дам, скоро все узнают, что я наняла тебя для расследования.
— И в чем проблема?
— Главный королевский дворецкий уже проводил расследование. Твой найм как бы намекает, что я не доверяю ему.
— Он все равно вскоре узнает, потому что с ним я тоже потолкую.
Брови баронессы тревожно хмурятся.
— Я мог бы обойтись и без рекомендательного письма.
Баронесса на миг задумывается.
— Не могу подвергать опасности жизнь своей дочери из-за страха перед скандалом.
Она хлопает в ладоши, и слуга спешит в комнату.
— Принеси пишущие принадлежности, — говорит она. — И мою деловую печать.
Возвращаясь в дом Арикдамиса с рекомендательным письмом Демельзы в кармане, я прохожу мимо 'Развеселого бандита', привлекательной таверны с льющимися из-за ставен светом и музыкой. Менестрели наигрывают энергичную застольную песню. Можно услышать, как толпа стучит пивными кружками, присоединяясь к припеву. Вздыхаю. Для меня не было бы ничего лучше, чем приобщиться к застольной песне и влить в себя несколько кружек пива. К несчастью, у меня за душой ни гурана. Пеняю на эту несправедливость и медленно бреду по дороге. Домой я не спешу. Арикдамис несчастен с тех пор, как его чертежи пропали, да и Лисутарида не лучше. Надеюсь, Макри прекратила рыдать.
— Черт побери, — говорю я громко. — Не рыдать — было ее единственным хорошим качеством. И что мне ей теперь говорить?
Макри известно, что я не выношу женских слез. Мы это уже обсуждали. Меня б не удивило, если бы Лисутарида последовала ее примеру. Весь день напролет она была несчастна, словно ниожская шлюха. Я немного смягчаюсь при мысли о погребах Арикдамиса. Они несколько опустели с тех пор, как я получил к ним доступ, но, возможно, мне удастся найти там пирог-другой и бутылочку эльфийского вина. Если повезет, смогу утащить их в свою комнату, ни с кем не столкнувшись.
— Возможно, все будет не настолько плохо, — бормочу я, возясь с ключом в непривычном замке. — Может, они взяли себя в руки.
Вхожу в дом и чуть ли не спотыкаюсь о Лисутариду, которая валяется на полу. Очевидно, она не взяла себя в руки. По крайней мере, она вроде бы не рыдает. Переднюю заволокло своего рода плотным туманом, который может быть создан лишь самым заядлым курильщиком фазиса.
— А, Фракс. Мой главный советник. Главный советник, битком набитый отличными советами. Что Фракс ни посоветует, все только к лучшему. Он мой главный советник, в конце концов.
— Что-то не так?