- Слушай, мы тут мимо гуляем. Может, зайдем к тебе? – позвонил с вопросом Француз. А уставшая Лариска даже не обратила внимания на множественное число. Она только подумала, что неплохо будет снять стресс стандартной процедурой.
- Выпить возьмешь? – только и спросила она. Организм требовал полташечку-другую спирта.
- Не вопрос.
Даже широкая спина Сержа не спрятала стоявшую за ним девушку, когда Лариска открыла дверь по звонку. Она тихо сглотнула и упрятала огромный кол поглубже в сердце. Хорошо воспитанная – она только коротко кивнула:
- Входите…
Света была очень мила. Намного милее Вики, с сожалением признавала Лариска. Света просто бесстыдно нравилась ей. То ли рисовалась, то соблюдала правила приличия – но вела себя скромно, помогала хозяйке дома сервировать небольшой столик под принесенный виски. И вообще, отсекала малейшие попытки Лариски возненавидеть ее.
Когда Света удалилась в туалет, Лариска вымученно улыбнулась Французу:
- Она классная….
- А то, - хвастливо согласился он. – Она у меня такая.
Лариска заливала горе, как могла. Серж, не жалея ее неизвестных к нему чувств, нагло целовал и ласкал свою девушку. Та сначала упиралась и изображала жгучий стыд. Но к середине бутылки крепкого алкоголя перестала.
Через литр беседа между ними почти прекратилась. Какой-то музыкальный канал без конца транслировал романтические баллады, кто-то из троих присутствующих приглушил свет. Француз уже энное количество минут не отрывал рук и губ от Светы, а Лариска не могла отвести от них взгляда.
Света заметила и смутилась.
- Прекрати, - попыталась она оттолкнуть Сержа.
- Ты что? – возмутился он. – Из-за Ларки что ли? Так она свой человек. Ей даж на пользу поглядеть… Да, Ларка?
Он так невинно воззарился на Лариску, что та – одурманенная виски – только и кивнула.
Представление продолжилось.
Симпатичный розовый топ словно сам собой соскользнул со Светланы, обнажив ее безупречную загорелую кожу. Француз спрятал ее грудь под ладонями и совершал круговые движения. Лариска видела, как девушка закатывает глаза и непроизвольно выдыхает мелкими порциями.
- Кисуля моя, - шептал Свете в ухо Серж и припадал к ее губам надолго. А кол в Ларискином сердце проворачивался со скоростью центрифуги. Он никогда ведь не скажет ей так, не поцелует.
Дальше картинки сменяли друг друга настолько быстро, что Лариска не смогла отметить момент, когда слезы побежали по ее щекам. Она не могла ни отвернуться, ни открыть рот, чтобы что-то сказать, ни встать и выйти. Она просто смотрела, как они занимаются сексом, и плакала.
Надо отдать им должное, они не размусоливали это дело. Света кончила буквально минут через десять – по-киношному красиво выгнувшись и выстонав: «о Серж!», и он за ней не задержался.
Лариска сидела в кресле напротив, уже полчаса сжимая пустой бокал и, вероятно, не моргая.
Она даже не осознала, как быстро они прикрылись. Не поняла напряженного взгляда Светы, не услышала ее шепот:
- Ларис, с тобой все в порядке?
Она просто продолжала бессмысленно смотреть на них и плакать.
Серж потянулся к ней и попытался подергать ее за рукав платья.
- Ларка! Да ты чего? Очнись! Эй? Совсем перепила что ли? Аль кончила под нас?
Девушка начала медленно приходить в себя. И тут до Светы все дошло. Она вскочила с дивана и пихнула Француза своей тоненькой ручкой.
- Блин, ну ты и подонок! Ты что же это, совсем слеп и глух? Засранец! – подружка Сержа в момент стала похожа на Вику – властную и капризную.
И Лариску перекрыло. Ее пьяный мозг не воспринял выпад Светы, как помощь или сочувствие.
- Вон отсюда, - глухо сказала она сквозь зубы. – Вон. И чтобы я больше никогда вас не видела.
Она с трудом оторвала онемевшую руку от подлокотника кресла и вдруг швырнула бокал на пол с невероятной силой. Осколки полетели как раз в сторону Француза.
- Эй, успокойся! – он попытался сделать шаг навстречу, но Лариска мигом пронеслась мимо него и заскочила в ванну. Последней ее фразой было:
- Как закрыть дверь с той стороны, ты знаешь.
Она с трудом вынесла их пятиминутное копошение и перешептывание, за которым последовал хлопок входной двери. Выйти не было сил. Девушка еще добрых полчаса раскачивалась на краю ванной, вспоминая уроки йоги. Ничего не помогало. Тогда Лариска качнулась посильнее и со всей дури впечаталась головой в кафель напротив. Ее согнуло пополам, она упала на пол, где провалялась еще порядочно минут. Растущая на темечке шишка не мешала колу в сердце ни разу. Боль была вездесуща. Ни слез, ни чего-либо иного не было – такая вот сухая истерика.