Не успеваю войти, как вижу Пуавра, расположившегося за столом с чашкой кофе и тостами. Сидит, развернув перед собой свежий выпуск «Паризьен».
– Доброе утро, – блею я жалким голосом. Я не рассчитывала на компанию, тем более такую.
– Доброе, – не глядя на меня, отпивает из чашки.
Усаживаюсь рядом, недовольно сверкая на Жильбера глазами. Как ниоткуда появляется официант.
– Завтрак, мадам? Что Вам принести?
– Кофе, тосты и апельсиновый джем! – смотрю на официанта. Симпатичный молодой латиноамериканец. Поджарая фигура. Крепкие накачанные руки. Брюки пикантно облегают упругие ягодицы. Невольно засматриваюсь на него.
Официант выходит с террасы.
– Вы уже определитесь, Карин, кто Вы, – Жильбер встряхивает газету, на меня по-прежнему не смотрит. – Дорогая проститутка или дешёвая шлюха!
– Мсье Жильбер! – мгновенно вскипаю я. – Вам не кажется, что Вы переходите все границы?!
Отбрасывает «Паризьен» в сторону, зло сверкает глазами. Губы сжаты, крылья носа напряжены.
– А вам не кажется, что Вы влезаете в чужую семью?! Между прочим, Драка женат! А Вы своим поведением… – задыхается, захлёбываясь собственными эмоциями.
– Напомнить Вам, мсье?! Как будучи так же женатым, Вы предлагали мне переспать! – в эту минуту я готова задушить Пуавра. Меня трясёт от негодования. Тоже мне моралист выискался!
Мои слова на него действуют, как ушат воды. Лицо Жильбера тут же мрачнеет. Он резко откидывается на спинку кресла.
– Я – другое дело, – бормочет себе под нос, сдвинув брови. – Откуда Вы только взялись…
Отводит взгляд и недовольно щурится, разглядывая лужайку.
– Прошу прощения, мадемуазель Карин. Приятного аппетита, – встаёт и спешно уходит.
Я остаюсь одна. Меня всё еще потрясывает, когда мне приносят завтрак. Хватаю с тарелки тост и нервно жую. Я никак не могу успокоиться. Если так пойдёт и дальше, то к концу недели у меня начнётся нервный тик. Но что имел в виду Пуавр, сказав, что он – другое дело? Впрочем, какая мне разница после всего, что он тут мне наговорил. Он просто бесится, что у него не получилось, а у Драка может получиться! Раз он предлагает мне выбрать, то я выберу! Выберу! Может даже не сомневаться!
Вскакиваю с места, полная решимости, и иду к себе в номер. Если Пуавр так хочет, то я сегодня же пересплю с Драка. Пусть посмотрит! Побесится! Ведь ему нравится следить за мной. Недаром вчера весь вечер проторчал на балконе! «Красивое платье, мадемуазель Карин! Особенно со спины!» Я ему устрою спектакль! С фейерверком и летающими шарами! Посмотрим, как он запоёт! Поглядим, что он на это скажет!
***
Драка звонит мне по телефону, просит, чтобы к двенадцати я оделась и спустилась в холл.
Едем на симпозиум. Я, Драка и Пуавр. В салоне автомобиля тягостное молчание. Время от времени Драка пытается разрядить обстановку, обращаясь то ко мне, то к Жильберу. Отвечаю односложно. Пуавр предпочитает молчать.
Симпозиум проходит в отеле неподалёку от нашей виллы, поэтому едем не долго. Выходим из машины и идём к входу в огромный пятизвёздочный отель.
Мероприятие проходит в небольшом зале с мягкими креслами и напольным ковровым покрытием. Участников не много. Всего тридцать человек, включая меня и акционеров – Пуавра и Драка. Делаю доклад. Коллеги задают мне вопросы. Удивляюсь тому, что женщин не много. Те, что есть, старше меня минимум лет на десять. Пуавр молчит, сосредоточенно изучает очередной график моей презентации. Я недовольно поглядываю на него в ожидании каверзного вопроса. К моей радости, Пуавр ни о чём меня не спрашивает. В конце первого заседания обмениваемся визитками и расходимся. Мы с Драка возвращаемся на виллу. Пуавр берёт в отеле машину и уезжает в город.
Чувствую досаду от того, что мне не удастся подразнить Пуавра. Но своих планов относительно Пьера я менять не собираюсь. Напрашиваюсь на ещё один романтический вечер, недвусмысленно намекая Драка на интересное продолжение. Пьер счастлив. Весь день дурачится, словно ребёнок.
С наступлением темноты спускаюсь на террасу. Всё как вчера – свечи, скрипка, лепестки, медленные танцы, изысканные блюда. На мне чёрное кружевное платье, обтягивающее тело, как перчатка, и кружевные манжеты с секретом. Тонкие чёрные ленточки, завязанные в бантики, достаточно длинные. Их можно использовать для того, чтобы привязать мои запястья к спинке кровати. Или связать между собой, сделав подобие наручников.