И если ему в конце концов удастся связаться с ним, найдет ли он в себе силы сказать то, что должен сказать?
Глава 31
Воспользовавшись телефоном в автомобиле Кассиди, Клэр позвонила матери в дом Гарри. Пока Мэри Кэтрин ничто не угрожало. Кассиди так и не удалось связаться с Краудером, и он очень огорчился из-за этого.
- Позвоните тому детективу, с которым вы работаете, - предложила Клэр, когда Кассиди разразился потоком ругательств.
- Нет Я знаю, что он потребует от меня.
- Доставить меня в наручниках?
- Что-то в этом роде. - Кассиди покачал головой. - Мне необходимо в первую очередь переговорить с Тони. Пока этого не сделаю, я не повезу вас обратно.
Таким образом, Клэр была дарована ночь передышки. Они вернулись в дом тети Лорель. Поужинав тем, что купили в кафе мистера Тибодо, Клэр, сославшись на крайнюю усталость, поднялась наверх, в свою спальню. Она разделась и повесила одежду в шкаф, где до сих пор хранились некоторые уже вышедшие из моды вещи. Наклонившись над умывальником, она сполоснула лицо и шею прохладной водой.
В шкафчике она нашла аккуратно сложенные полотенца и салфетки. Они пахли цветами.
Она промокнула полотенцем лицо и вдруг увидела в овальном зеркале над умывальником отражение Кассиди, который стоял в дверях, молча и спокойно наблюдая за ней.
В спальне, за его спиной, горел неяркий свет, так что часть его лица оставалась в тени, и это усиливало его напряженное выражение. Он был без рубашки. Одной рукой он опирался о косяк, другая была опущена. Хотя он и не двигался, в его позе чувствовалась сила, мощь, угадывался бешеный темперамент.
На Клэр были бюстгальтер и шелковые трусики, но она почувствовала себя более чем раздетой. С трудом она поборола в себе искушение схватить полотенце и прикрыться. Выражение лица Кассиди не оставляло сомнений в том, что любая попытка соблюсти приличия и выглядеть скромницей обречена на провал. Кроме того, Клэр сомневалась, что вообще сможет двинуться с места. Его взгляд словно гипнотизировал.
Он подошел к ней сзади, почти вплотную. Они смотрели друг на друга в зеркало, взгляды их были жадными и голодными. Он положил руки на ее обнаженные плечи.
- Я хочу тебя.
Она дернула плечами, словно сбрасывая тяжесть его прикосновения.
- Ты не можешь. Мы не можем.
Он нежным поцелуем коснулся ее плеча.
- Не надо, Кассиди, - пробормотала она. - Не надо. - Но, когда его губы уже целовали ее шею, слабые протесты уступили место желанию.
- Клэр, - прошептал он, уткнувшись ей в волосы, - я люблю тебя.
- Ты не должен говорить мне этого.
- Я хочу тебя. Сейчас.
- Остановись, пожалуйста. Ты будешь жалеть потом. Я знаю тебя, Кассиди, с чувством произнесла она. - Мне близки и понятны твои мысли. Ты будешь себя ненавидеть до конца дней своих, если сейчас уступишь своему желанию.
- Нет, не буду.
- Да, да, будешь, обязательно.
- Тс-с-с.
Он провел рукой по ее спине и щелкнул замочком бюстгальтера. Клэр застонала, когда его руки проникли под освободившиеся чашечки и нежно обхватили ее груди. Кончиками пальцев он слегка сдавил соски, и они напряглись, поддавшись ласке. Его губы блуждали по ее шее и нежно покусывали шелковистую кожу.
- Кассиди, не надо. Я не хочу быть пятном на твоей совести. Это не правильно - то, что мы делаем. Ты же знаешь. Пожалуйста, остановись.
Ее мольбы были слабыми и казались неискренними даже ей самой, так что когда рука его опустилась ниже, к животу, а потом погрузилась в трусики, она замолчала. Она еще могла бы солгать ему, но ее тело лгать не могло. Лоно ее было теплым и влажным.
Он спустил ее трусики, и Клэр высвободила ноги. Расстегнув брюки, он придвинулся к ней - ближе, ближе, пока она не почувствовала прикосновение его твердой плоти. И когда он ворвался в ее раскрывшееся, теплое, нежное лоно, их сладострастные стоны слились в единую мелодию страсти.