Я обнаружил, что язык, на котором мы говорим теперь, представляет собой смесь языков нескольких народов. Если коротко и ясно объяснить, то в языке, которым мы пользуемся, можно выделить четыре источника. Наполовину он был создан из заимствований, почерпнутых у римлян, как свидетельствует Оттон Фрейзингенский в четвертой книге55. Это может отметить и любой образованный человек, знающий латынь. Ведь даже игнорируя тот факт, что галлы, став подданными римлян, естественно, охотно и по необходимости перенимали римские обычаи и язык, ясно, что и сами римляне заботились о распространении своего языка и внедрении уважения к нему у всех народов. Валерий Максим56 свидетельствует об этом: «когда только можно ради этого они вводили повсеместно поэтические состязания, как, например, в Кугустодуне, Везонтионе или Лугдунуме»57. Об этом же упоминает Тацит58 и Авзоний59. Мы можем прочесть и в письмах святого Иеронима Рустику: «После обучения в (школах) Галлии, которые процветают, мать послала тебя в Рим, чтобы богатство и блеск галльской речи дополнился римской твердостью»60.
Итак, искусство латинского красноречия столь ценилось в Галлии, то законы, касавшиеся благоденствия галльского общества, писались по-латыни (старые памятники несут на себе доказательства этого обычая, равно как и постановления наших старинных королей, которые хотя бы частично еще хранятся в рукописях наших парламентских курий). Верно и то, что латынь использовалась и в правительственных актах и при вынесении приговоров и в особенности в порочной практике сутяжничества, внедрившейся в Галлии через двор пап в Риме. Прежде всего, это был источник тяжб о религиозных делах с множеством гонораров, которые включались. Этот обычай сохранялся чуть ли до нашего времени. Эдикт Франциска I — первый закон, который с 1539 года породил процветание нашего доброго языка в Галлии, предписывал, чтобы судебные решения выносились по-французски. Ведь религиозное образование и наука также пришли к подлинному искусству суда, так как с самого начала наука возникала на латинском языке, о чем свидетельствуют древние церковные авторы Иреней
61, епископ Лиона, Иларий, Сидоний62, Беда63, Сальвиан6'1 из Массилии и Григорий Турский. Обычай этот распространился уже после того, когда римские обычаи и церемонии позднее были введены в христианских храмах. В особенности [это укоренилось] с тех пор, когда, добившись королевства Галлии благодаря влиянию и совету папы Захарии65, Карл Великий66 отплатил ему за столь великое благо67, провозгласив, что будут соблюдаться нравы и религиозные обычаи церкви и в этом даются заверения. Именно в связи с этим и был издан закон: «чтобы изучили песнопения римлян более совершенно, пусть не прекращается служба в храмах постоянно в ночное время либо иначе, либо в дневное время, следуя тому, что установил наш блаженной памяти отец Пипин68, когда он поддержал галльские обычаи, действуя в согласии с апостолическим престолом и с милостивого согласия святой божественной церкви». Сигиберт69 также опубликовал все тот же указ от 774 года70. Об этом даже вспоминать нестерпимо, такой тьмой оба они покрыли галльскую церковь. Карл передал всю власть в религиозных делах римским папам, которые злоупотребляли этой властью против французских королей так, как даже трудно представить себе. Эта власть снова была приобретена королями при Карле V71, прозванном Мудрым, который в 1370 году так стал возмущаться тиранией пап, что даже предпринял перевод священного писания на французский язык72. Эта версия Библии есть, ее можно увидеть во Франции часто. Она был осуществлена по повелению и приказу Карла V. И я сам могу засвидетельствовать, что видал ее в королевской библиотеке в Фонтенбло, изданную в 1563 и вновь в 1567 годах.