Именно так и писал папа Стефан и, поскольку его достойное осмеяния безумие должно быть очевидно для всех нас, то нам, разумеется, непременно следует «опасаться» проклятия, которое он обрушил на головы всех тех, кто только мог получить королевство, не принадлежа к роду Каролингов. Можно найти лишь один-единственный пример такой же глупости — это рассуждения в недавно изданной книге, написанной с целью опровергнуть нашу «Франкогаллию» каким-то автором по имени Матарель22 (не знаю уж, кто это такой), шумным, бесстыдным и не брезгливым малым. Он ссылается на это предельно неумное письмо папы Стефана и тем самым демонстрирует всем и свою собственную поразительную глупость. То же самое можно отнести и к другому достойнейшему человеку по имени Папир Массон23 (опять-таки никому неизвестному), иезуиту в галльском капюшоне, глупцу, ренегату, продажному льстецу, которого следует отправить в сумасшедший дом св. Матюрена в Париже, где заботятся о фанатиках такого рода, и сечь кнутом до смерти24.
Глава XVII (XIV)
О коннетабле и пэрах Франции
Помимо майордомов, о которых мы уже говорили выше, нам следовало бы обсудить еще одну верховную должность, существовавшую прежде. Это просто необходимо, поскольку, если только доверять памяти наших предков, представляется, будто она заменила должность майордомов. Ведь некогда существовали королевские графы конюшен, и именно отсюда в результате искажения понятий в конце концов возникли слова — сначала comestabile, а затем и коннетабль. Итак, со времен поздних римских императоров все те лица, которые получали высшие должности при дворе и сыграли свою роль в управлении государством, обычно именовались графами. Именно таков был обычай, и наши предки не отвергли его, как мы уже показали прежде в некоторых наших книгах. Так, Цицерон неоднократно называет Каллисфена1 «графом2 Александра Великого»3. Эта должность коннетабля очень напоминает ту, которая у римлян называлась «магистром всадников», то есть «командующий конницей», поскольку командир конницы отвечал и за положение дел в императорской конюшне и обычно именовался также и «оружничим» (scutieros) или «конюшим». Так Григорий Турский в тридцать девятой главе книги пятой отмечает: «королевский конюший Хуппа притащил из Буржа Хлодвигова4 казначея. Надев на него оковы, он передал его королеве5»6. Он также в сорок восьмой главе далее рассказывал и о Левдасте7: «она8 страстно желала, чтобы он находился рядом и назначила его хранителем лучших лошадей. Он же был охвачен суетностью, и преисполнясь гордыней, получил должность графа конюшен. Когда же он добился этой должности, то начал презирать всех и смотреть на всех сверху вниз»9.