Выбрать главу

Мальчишка лёг на чистые белоснежные простыни, а рядом на тумбочке около ночной лампы девчачьего цвета стоял стакан с соком. Если он вопил, то родители сразу забегали к нему. Слышимость была превосходной: работа унитаза при смыве бочка, шум дождя по крыше, скрябанье мышей в тайных ходах в станах, верещанье попугая в клетке. Ночные кошмары навострили до предела его чувства. Мальчишке уже было шестнадцать. Была осень, земля искрилась всеми осенними красками. Мальчишка лежал в кровати третью ночь подряд — и снова ему снился ужасный сон.

(Одна из его рук начала менять облик. Правая. С расширенными от ужаса глазами он видел, как его рука лежит на покрывале, а затем начинает дёргаться и внезапно преображается в ужасную волдыристую руку с острыми ножами вместо пальцев).

***

Тем днём явился врач и стал прослушивать его.

— Как ты сейчас? — спросил он с улыбкой. — Знаю, можешь не говорить: Моя болезнь в норме, чего не скажешь про меня! . — Он засмеялся над своей собственной остротой.

Мальчишка вдруг осознал, что в шутке врача имеется смысл — вспомнил всё и стал бледным, содрогнулся от воспоминаний своего ночного кошмара. Врач, само собой, не знал, насколько жестоко прозвучал его смех.

— Доктор, — шепнул он блёклыми губами. — Моя рука… Она не моя сейчас. Ночью она трансформировалась в нечто иное. Я хочу, чтобы вы сделали мою руку прежней, доктор!!!

Доктор улыбнулся, потрепал мальчишку по руке.

— По мне, так твоя рука нормальна. Просто у тебя наблюдается озноб.

— Моя рука изменилась! — завопил мальчишка и стал укачивать свою руку другой. — Я говорю правду!

Врач проморгался.

— Раз так, тогда прими вот эту таблеточку, — и он поклал пилюлю мальчишке на язык. — Проглоти!

— От этого моя рука станет снова моей, доктор?

— Конечно, конечно.

Родители проводили врача из дома. Тем сентябрьским днём небо было затянуто спокойными и белыми облаками. На кухне тикали часы.

Мальчишка лежал, поглядывая на свою руку. Рука не его. За окном подул ветер. Ворох листьев постучался в холодное стекло. Позже вторая рука стала превращаться. Похоже, что ночной кошмар становился явью. Рука изменялась, меняла цвет и дёргалась, становясь волдыристой и с ожогами.

Спустя час рука снова стала прежней. Обман. Она теперь не принадлежала мальчишке, который лежал в немом ужасе, а затем потерял сознание от страха. Вечером мама притащила ужин в его комнату. Мальчишка не желал прикасаться к супу. — Моих рук уже нет, — произнёс он с закрытыми веками.

— Твои руки на месте, — возразила мама.

— Нет! — шмыгнул носом он. — Моих рук нет. Это лишь кажется, что они там, но там что-то другое. Мама, Господи, мне страшно.

Мама сама накормила сына.

— Мамочка, прошу, пускай придёт врач немедленно. Мне плохо очень.

— Доктор приедет позже, — кинула мама и ушла.

Позднее, когда стемнело, мальчишка вдруг ощутил, что его ноги тоже меняются.

— Мамуля! Скорее сюда! — орал он.

Но мама опаздывала. Стоило ей войти, мальчишка перестал противиться метаморфозам с ним и откинулся на подушку, чувствуя нервное дёрганье в ногах, которые заметно вытянулись; он ощутил жар по комнате от того, что с ним творилось. Кожу, словно жарило живьём, она горела, оставляя страшные ожоги и волдыри.

— Могу я войти? — врач стоял на пороге с улыбкой.

— Доктор! — заорал мальчишка. — Быстрее, посмотрите на мои ноги!

Врач неспешно откинул одеяло.

— Всё нормально. Ты цел и здоров. Правда, чуток вспотел. Это обычная лихорадка. Я говорил тебе не вошкаться. — Он ущипнул мальчишку за щеку. — Таблеточки помогли, а? Рука в норме?

— Нет! Теперь левая меняется и ноги тоже!

— Понятно, дам тебе ещё три таблетки — по одной для каждой конечности. Хорошо? — Врач засмеялся.

— Они помогут? Скажите, что со мной?

— Лёгкая галлюцинация, вызванная лихорадкой.

— Такая галлюцинация, что выглядит правдоподобной и реальной?

— Конечно.

— Вы уверены, что у меня галлюцинация? Никогда этим не страдал!

— Уж я то могу распознать глюки от прочих болезней, — отчеканил врач холодным тоном и прощупал его пульс.

Мальчишка в молчании лежал, пока врач не стал смело упаковывать тёмный чемоданчик.

Мальчишка предался давним воспоминаниям:

— Я когда-то фильм смотрел… Там была история про убийцу-маньяка, проживающего на улице Вязов в Спригфилде.

Мальчишка замолчал. По комнате слышалось лишь его дыхание.

— И? — спросил врач.

— Мне кажется, что я превращаюсь в него. По крайней мере, мои конечности такие же. — Мальчишка провёл языком по сухим губам.