— Знаешь ли, Гарриет, сказал он наконец:— лучше бы всего тебe самой взяться за это дeло.
— Хорошо, сказала она:— если ты точно этого желаешь, я готова попытаться.
— Вeрно то, что я на такую попытку не рeшусь никогда. У меня духу не хватит сказать ей прямо, что я хочу на ней жениться за ея богатство.
— Хорошо, Натаниэль, я попробую. Во всяком случаe я не боюсь ея. Мы с нею большие друзья; и по правдe сказать, я не встрeчала женщины, которая бы до такой степени была мнe по нраву; но я никогда бы не сблизилась с нею, если-бы не ты.
— А теперь тебe придется с нею разсориться, также из- за меня?
— Ничуть не бывало. Ты увидишь, как бы она ни приняла мое предложение, мы останемся с нею друзьями по прежнему. Я не думаю, чтоб она отдала за меня жизнь,— да и я, признаться, за нее лечь в гроб не намeрена. Но мы с нею точно сходимся, и не разстанемся из-за таких пустяков.
Таким образом порeшили дeло. На другой день, мистрисс Гарольд Смит должна была найдти случай переговорить с мисс Данстебл и предложить ей раздeлить свои несмeтныя богатства с раззоренным представителем Вест-Барсетшира, который в замeн приносил ей себя и свои долги.
Мистрисс Гарольд Смит ни на волос не отступила от истины, сказав, что она и мисс Данстебл сходились между собой. Она довольно точно описала свойство их дружбы. Онe не отдали бы жизни друг за друга; онe друг друга не увeряли в неизмeнной привязанности; онe никогда не цeловались и не плакали, не говорили громких фраз встрeчаясь и расходясь. Онe друг другу не оказали никакого благодeяния, не простили никакой тяжкой обиды. Но онe приходились друг другу, и в этом, я полагаю, заключается тайна всех приятных отношений между людьми.
Однако почти можно было сожалeть о том, что онe так сходились: мисс Данстебл в нравственном отношении стояла несравненно выше своей приятельницы, хотя сама этого не сознавала. Грустно было видeть, что она довольствуется подобною дружбой. Мистрисс Гарольд Смит была от природы суетна, безчувственна ко всему и ко всeм, исключая брата, не совсeм даже искренна и честна. Мисс Данстебл не была суетна, хотя в настоящую минуту вела суетную жизнь, и отчасти увлекалась ею; у ней была душа любящая и правдивая, хотя ея обстановка не давала развернуться ея качествам, но она любила свободу и непринужденность, любила похохотать, не прочь была от крупной шутки, больше всего любила посмeяться над свeтскими пошлостями и глупостями. Мистрисс Гарольд Смит потакала всeм этим склонностям.
Таким образом, онe видeлись почти ежедневно. У мистрисс Гарольд Смит уже вошло в привычку почти каждое утро заeзжать к мисс Данстебл; и если мистеру Соверби никогда не удавалось застать ее одну, то его сестра не рeдко пользовалась этим удовольствием. Потом онe куда-нибудь выeзжали, вмeстe ли, или порознь, как им казалось удобнeе; первым их правилом было никогда не стeснять друг друга.
На слeдующий день послe описаннаго нами разговора, мистрисс Гарольд Смит по обыкновению отправилась к мисс Данстебл, и вскорe онe остались однe в небольшой комнаткe, куда богатая наслeдница допускала далеко не всех посeтителей. Правда, ей случалось принимать здeсь людей самых различных свойств,— иногда священника, собирающаго деньги для постройки церкви, или старую леди, вооруженную послeдними городскими сплетнями, или бeднаго автора, не получающаго должнаго возмездия за плоды своего воображения, или бeдную гувернантку, которой тяжело достается жить на свeтe. Но только сюда ни под каким видом не допускались мущины, которые могли быть женихами, ни дамы, которыя могли быть предметами волокитства. В послeднее время завeтныя двери всего чаще отворялись для мистрисс Гарольд Смит.
Теперь настала пора для рeшительной попытки, к которой вся эта короткость служила только подготовкой. Подъезжая к дому мисс Данстебл, мистрисс Гарольд Смит почувствовала нeкоторое замирание сердца, не предвeщавшее ничего добраго. Она говорила прежде, что нисколько не боится высказать все напрямик своей приятельницe; но теперь, в рeшительную минуту, смeлость начинала измeнять ей; оно дорого бы дала, чтобы все было уже покончено, так или иначе.
— Как здоровье бeднаго мистера Смита? спросила мисс Данстебл тоном комическаго сожалeния, когда, онe обe усeлись на обычныя свои мeста. Так как прошло несколько дней послe падения богов, то можно было предполагать, что бывший лорд Малой Сумки не успeл еще оправиться от поразившаго его удара.
— Кажется, ему лучше; сегодня утром, по крайней мeрe, я так заключила по аппетиту, с которым он кушал за завтраком. Впрочем мнe все еще страшно становится, когда он берет в руки нож; я увeрена, что в такия минуты он думает о мистерe Саппельгаусe.