Леди Лофтон почти ничего не отвeчала, она не могла увeрять, что ей будет очень приятно сближение с будущею маркизой Гартльтоп. Гартльтопы и Лофтоны, по крайней мeрe в ея поколeнии, должны вращаться в совершенно противоположных сферах; она уже высказала все, чего требовала старинная дружба, связывавшая ее с мистрисс Грантли. Мистрисс Грантли все это понимала так же хорошо как и леди Лофтон; но мистрисс Грантли имeла больше свeтскаго навыка.
Рeшено было, что Гризельда на эту ночь вернется в Брутон-стрит, а потом совершенно распростится с леди Лофтон.
— Муж мой полагает, что мнe лучше остаться в Лондонe, сказала, мистрисс Грантли;— может-быть, при теперешних обстоятельствах, Гризельдe удобнeе будет жать со мною.
С этим леди Лофтон вполнe согласилась; и онe разстались отличными друзьями, нeжно обнявшись при прощании.
Вечером Гризельда вернулась в Брутон-стрит, и леди Лофтон должна была поздравить и ее. Это конечно была не совсeм приятная задача, тeм более что ее нужно было обдумать наперед; но ее значительно облегчили примeрное благоразумие и рeдкая степенность молодой дeвицы.
Она не плакала, не волновалась; она даже не говорила о своем дорогом Домбелло, своем благородном Домбелло. Она почти молча приняла поцeлуй и поздравления леди Лофтон, тихо поблагодарила ее за доброту и ни единым словом не намекнула на будущее свое величие.
— Мнe бы хотeлось лечь пораньше, сказала она,— вeдь мнe нужно будет укладываться.
— Поручите это Ричардс, душа моя.
— О, благодарю вас! Ричардс очень добра, но все-таки лучше мнe самой распорядиться своими платьями.
И она легла пораньше.
Леди Лофтон не видала сына цeлых дня два, и когда увидeлась с ним, первая заговорила о Гризельдe.
— Ты знаешь новость, Лудовик?
— Как же! О ней только и толкуют в клубах. Всe считают долгом изявить мнe соболeзнование.
— Тебe во всяком случаe не о чем жалeть.
— Да и вам также, мама. Я увeрен, что и вы не можете об этом сожалeть. Признайтесь, скажите мнe это для моего успокоения. Милая, дорогая мама! Вeдь вы сознаете в глубинe души, что она не была бы счастлива со мной и не могла бы сдeлать меня счастливым?
— Может быть ты прав, сказала леди Лофтон вздохнув. Потом она поцeловала сына, думая про себя, что ни одна дeвушка в Англии не достойна назваться его женой.
Глава XXXI
Помолвка лорда Домбелло с Гризельдой Грантли была предметом общих толков в продолжении цeлых десяти дней. Говорили о ней по крайней мeрe столько же, как об этом страшном слухe, распущенном впервые Томом Таузерсом на вечерe у мисс Данстебл, касательно предстоящаго распущения парламента.
— Для нас это, быть-может, будет к лучшему, выражался мистер Гран Уокер, чувствовавший соба внe всякой опасности в своем Кру-Джонкшонe.
— По моему, попытка эта совершенно беззаконна, говорил Гарольд Смит, который не был до такой степени увeрен в своем мeстечкe, и морщился при мыслe об издержках, сопряженных с новыми выборами.— Дeлают они это для того чтобы выиграть время. Они и десяти голосов не приобрeтут себe этим распущением, а им нужно их по крайней мeрe сорок, чтобы составить большинство. Но они лишены всякаго чувства гражданскаго долга. Да впрочем, гдe это чувство!
— Это так, клянусь Юпитером. Точно то же говорит и тетка моя леди Гартльтоп; чувство долга почти совершенно исчезло у нас. Кстати, что за глупость дeлает лорд Домбелло!
И разговор принял другой оборот.
Шутки лорда Лофтона насчет самого себя были очень острый милы, и никто не думал, чтобы сердце его сколько-нибудь страдало в этом дeлe. Свeт смeялся над лордом Домбелло за то что он сдeлал такое безразсудное по мнeнию свeта дeло, и друзья лорда Лофтона, говоря с ним об этом, как будто они и не подозрeвали, что и он был близок к совершению той же самой глупости; но тeм не менeе он не совсeм был доволен. Он вовсе не желал жениться на Гризельдe; он сто раз говорил себe, с тeх пор как он замeтил тактику матери, что ничто в свeтe не заставит его это сдeлать; он не раз говорил, что она безжизненна, скучна и непривлекательна, несмотря на всю красоту свою; но тeм не менeе успeх лорда Домбелло сердил его. И это чувство было еще не извинительнeе, если принять в соображение, что мысль о Люси не покидала его, что он не переставал любить ее, и ясно сознавал ея превосходство над Гризельдой.
Хорош же, в таком случаe ваш герой, слышится мнe замeчание какого-нибудь основательнаго критика.
Вопервых лорд Лофтон вовсе не мой герой, а вовторых человeк может не быть несовершенством, а быть тeм не менeе очень порядочным человeком. Человeк может имeть столько же недостатков, как и лорд Лофтон, и тeм не менeе быть достойным хорошей матери и хорошей жены. А то сколько бы из нас оказались недостойными той матери или той жены, которых дал нам Бог! Я убeжден, что из молодых людей, собирающихся остепениться и вкусить радости семейной жизни, а с тeм вмeстe заботы, труды и безпокойства, сопряженные с удовольствием имeть детей, очень немногие не были предварительно влюблены в трех, четырех возможных матерей, и по всей вeроятности в двух или трех разом. И несмотря на то, люди эти по большей части достойны тeх отличных жен, которыя наконец достаются им в удeл. И таким образом лорд Лофтон был до извeстной степени влюблен в Гризелeду Грантли. Была одна минута в его жизни, в которую он предложил бы ей свою руку, если-б она хоть на минуту вышла из своей, роли благоразумной дeвицы, и хотя минута эта не возвращалась более, ему было досадно, когда он узнал, что другому удалось овладeть сердцем и рукой Гризельды.