— Тётя Юси, сказало пухленькое милое создание, которое тотчас же очутилось на руках тётки,— папа и мама зовут тебя в кабинет, а я не должен идти с тобой.
Люси почувствовала как кровь прихлынула к ея сердцу, пока она цeловала ребенка и прижимала его к себe
— Ты не должен идти со мною, дружок ты мой?... сказала она, ставя на пол своего маленькаго любимца; она еще несколько минут играла с ним, не желая даже перед ним выказать, что она едва владeет собой. Она знала, что лорд Лофтон в Фремлеe; она знала, что брат ея видeлся с ним, она знала, что шел разговор о том, чтобы пригласить его к обeду. Нельзя ли было предположить, что это приглашение в кабинет находится в каком-нибудь отношения к приeзду лорда Лофтона? Неужели Фанни открыла брату ея тайну, для того чтобы не допустить его пригласить лорда Лофтона к обeду? Он, то-есть лорд Лофтон, разумeется, сам не мог коснуться этого предмета. И она еще раз поцeловала ребенка, и провела рукой по лбу, чтобы пригладить волосы, и разогнать сколько возможно озабоченное выражение его, и затeм медленно направилась к комнатe брата.
Рука ея с минуту держала ручку двери прежде чeм она отворила ее; но она рeшилась быть храброю, чтобы там ни ожидало ее. Она повернула ручку и вошла в комнату тихо, но с поднятою головой, широко раскрытыми глазами.
— Франк оказал мнe, что вы желаете меня видeть, сказала она.
Мистер Робартс и Фанни оба стояла у камина, когда вошла Люси, и с минуту ни тот, на другая не рeшались заговорить.
— Лорд Лофтон здeсь, Люси, сказала наконец Фанни.
— Здeсь? Гдe? Здeсь в домe?
— Нeт, не у нас в домe, но в Фремле-Кортe, сказал Марк.
— Он обeщался быть у нас завтра утром, послe завтрака, прибавила Фанни, и затeм опять послeдовало молчание. Мистрисс Робартс не рeшалась взглянуть Люси в лицо. Она не выдала ея тайны; Марк узнал все не от нея, а от лорда Лофтона; но она чувствовала, что Люси в душe упрекает ее.
— Что ж, возразила Люси, стараясь улыбнуться,— я ничего не имeю против этого.
— Но, милая Люси... Тут мистрисс Робартс подошла к Люси и обняла ее.— Он приeхал сюда единственно за тeм чтобы видeться с тобой.
— Если так, это дeло другое. Я боюсь, что мнe будет много хлопот занимать его,
— Он все разказал Марку, сказала мистрисс Робартс.
Люси почувствовала, что храбрость ея почти измeняет ей.
Она рeшительно не знала куда ей глядeть. уж не разказала ли и Фанни всего?.Фанни знала много такого, чего лорд Лофтон не мог и подозрeвать. И в самом дeлe Фанни разказала все: как Люси полюбила лорда Лофтона, и по каким причинам она ему отказала, и описала она все это в таких словах, что лорд Лофтон влюбился бы вдвое страстнeе, если-б он мог слышать их.
И тут же, разумeется, Люси задумалась о том, почему лорд Лофтон приeхал в Фремлей, и разказал все это ея брату. Она с минуту старалась заставить себя думать, что она сердится на него за это. Но она не сердилась. Она не могла пока дать себe яснаго отчета в своем чувствe, но ей было отрадно сознавать, что ее помнят, что она не забыта, что она любима. Не была ли она в правe вывести это заключение? Стал ли бы он говорить обо всем этом дeлe с ея братом, если-б он не любил ея попрежнему? Сто раз повторяла она себe, что предложение его было дeлом минутнаго увлечения, и сто раз мысль эта сокрушала ее. Но теперешний приeзд его не мог быть слeдствием минутнаго увлечения. Она думала до сих пор, что ее обольщает собственная ея глупая любовь; но теперь — что должна она была думать обо всем этом? Она не допускала мысли, что она когда-нибудь будет леди Лофтон. Она продолжала упорно отрицать эту возможность. Но тeм не менeе она безотчетно радовалась тому, что лорд Лофтон приeхал в Фремлей, и сам все разказал ея брату.
— Он все разказал Марку, сказала мистрисс Робартс; и в послeдовавшем затeм молчании всe эты мысли успeли промелькнуть в головe Люси.
— Да, сказал Марк,— он мнe все разказал, и он явится сюда завтра утром, чтоб услышать отвeт от тебя самой.
— Какой отвeт? спросила Люси нетвердым голосом.
— Душа моя, кому же это знать, кромe самой тебя? и говоря это, невeстка ея крeпче прижалась к ней.— Ты одна можешь отвeчать на Этот вопрос.
В прежнем длинном разговорe своем с мужем, мистрисс Робартс сильно заступалась за интересы Люси и принимала ея сторону против леди Лофтон. Она говорила, что если лорд Лофтон будет добиваться согласия Люси, то они, ея родственники, не имeют права отнимать у нея то, что она сама приобрeла, из-за того только чтобы доставить удовольствие леди Лофтон.
— Но она подумает, сказал Марк,— что мы интриговали. Она будет упрекать нас в неблагодарности, и весь гнeв свой обрушит на Люси.
На это жена отвeчала ему, что нужно предоставить все волe Божией. Они не интриговали. Люси уже раз отказала любимому ею всeм сердцем человeку, потому только, что не хотeла подать повод подозрeвать себя в ловлe выгоднаго жениха. Но если любовь лорда Лофтона была так сильна, что он приeхал сюда нарочно для того чтобы, по собственным словам его, еще раз попытать свое счастие, муж ея и она, несмотря на всю свою преданность леди Лофтон, по совeсти не имeли права становиться между Люси и любящим ее человeком. Марк все еще не мог совершенно согласиться с нею; он старался представить ей, как неприятно будет их положение, если они теперь станут поощрять виды лорда Лофтона, и если он послe этих поощрений, которыя разссорят их с леди Лофтон, поддается влиянию матери и станет желать разрыва. В отвeт Фаини объявила, что правда прежде всего, и что справедливость требовала, чтобы все было доведено до свeдeния Люси, и чтоб она сама обсудила Этот вопрос.