— Нeт, сегодня нeт, сквайр.
— Пустяки; вы должны остаться. Мнe особенно нужно видeть вас сегодня, особенно нужно.
Но сквайр каждый день рeшительно имел особенную надобность видeть его.
— Очень жаль, но мнe сегодня невозможно. Мнe нужно написать письмо довольно важное, и я сперва должен хорошенько обдумать его. Увижу я вас когда вернусь от миледи?
Но сквайр нахмурился и отвернулся, едва отвeтив ему; исчезла его надежда на приятное развлечение, и доктор отправился наверх к своей пациенткe.
Нельзя сказать, чтобы леди Арабелла была больна, но она постоянно была пациенткой. Не слeдует однако думать, чтоб она лежала в постели, или ежедневно принимала лeкарства, или должна была отказываться от тeх прозаических удовольствий, которыя изрeдка разнообразили ея прозаическую жизнь; но ей приятно было считаться больною и имeть около себя доктора, а так как судьба послала ей врача, сразу понявшаго степеньи свойство ея болeзни, прихоть эта не имeла для нея дурных послeдствий.
— Мнe так грустно, что я не могу видeть Мери, сказала леди Арабелла послe обычных медицинских разспросов и разказов.
— Она хорошо себя чувствует, и скоро приeдет к вам погостить.
— Нeт, нeт, пусть она не приeзжает. Ей и в голову не придет навeстить меня, когда ни малeйших нeт препятствий, а теперь, в ея положении, путешествие было бы крайне....— И леди Арабедда важно покачала годовой.— Подумайте только, какая важная на ней лежит отвeтственность, доктор; подумайте сколько от этого зависит!
— Да это ей никак не может повредить, если-бы даже отвeтственность была вдвое больше.
— Полноте, доктор, не говорите; будто я не знаю сама! Я была против и поeздки их в Лондон, но конечно меня никто не послушался. уж я к этому привыкла. Я думаю мистер Грешам нарочно eздил к ней, чтоб уговорить ее съездить в Лондон. Да что ему! Он любит Франка; но он не способен подумать о завтрашнем днe. Он всегда был Таков; вы это знаете, доктор.
— Да эта поeздка была даже очень полезна ей, сказал доктор Торн, желая прекратить разговор о многочисленных прегрeшениях сквайра.
— Я очень хорошо помню, что когда я была в таком положении, подобныя поeздки не считались для меня полезными Но, может-быть, с тeх пор все измeнилось.
— Да, конечно, измeнилось, сказал доктор,— мы, врачи, стали сговорчивeе.
— Я помню, что я в такия минуты никаких не искала удовольствий. Вот напримeр, когда родился Франк.... Но, как вы замeтили, теперь все измeнилось. Очень понятно, что Пери умeет на своем настоять.
— Да помилуйте, леди Арабелла, она бы с радостью осталась дома, если-бы Франк только слово сказал ей?
— Вот и я всегда так дeлала. При малeйшем словe мистера Грешама, я готова была уступить. Но, право, не знаю, что мы через это выигрываем! Вот, напримeр, нынeшний год, доктор, мнe конечно было бы приятно съъздить в Лондон хотя недeли на двe. Вы сами говорили, что мнe не худо бы посовeтоваться с сэр-Омикроном.
— Я говорил, что бeды нeт, можете посовeтоваться.
— Ну да, именно. И так как мистер Грешам очень хорошо знал мое желание, то он мог бы предложить мнe это. Вeдь теперь кажется за деньгами дeло не могло бы стать.
— Да вeдь сколько я помню, Мери приглашала вас к себe, вмeстe с Августой?
— Да, Мери была очень мила и любезна. Она меня приглашала. Да вeдь дом у нея не Бог знает как велик, ей самой нужны всe комнаты. Впрочем, что до этого касается, меня также очень звала к себe сестра, графиня. Но вeдь все-таки приятнeе быть независимою; и на Этот раз, мнe кажется, мистер Грешам очень мог бы все это устроить. Я никогда не просила его ни о чем подобном, покуда дeла его были занутаны. Хотя, Бог eдин знает, что тут виновата была не я....
— Да мисгер Грешам ненавидит Лондон. Он просто умер бы от этой духоты.
— Но во всяком случаe, он мог бы предложить мнe эту поeздку: очень вeроятно, что я сама отказалась бы. Да меня убивает это равнодушие! Вот он сейчас был здeсь, и повeрите ли....
Но доктор Торн твердо рeшился на Этот раз не выслушивать ея жалоб.
— Желал бы я знать, леди Арабелла, что сказали бы вы, если-бы вашему мужу вдруг вздумалось уeхать куда-нибудь повеселиться, а вас оставить одну дома. Повeрьте мнe, бывают люди похуже мистера Грешама.
Все это прямо намекало на графа де-Корси, брата миледи, и она очень хорошо поняла намек; Этот довод уже не раз был употребляем для того, чтобы заставить ее замолчать.
— Право, это было бы гораздо лучше, чeм ему сидeть здeсь без дeла, или возиться с этими противными собаками. Мнe, право, кажется, что он совсeм опустился.
— Вы совершенно ошибаетесь, леди Арабелла, сказал доктор, раскланиваясь с ней, и ушел, не дожидаясь возражения.
Возвращаясь домой, он не мог не подумать, что в этом случаe семейная жизнь представилась ему со стороны не очень привлекательной. Свeт считал мистера Грешама и его жену самыми счастливыми супругами. Они всегда жили вмeстe, никуда не выeзжали друг без друга, всегда сидeли рядом на привычных своих мeстах в церкви; и никогда, даже в самыя отчаянныя минуты, не помышляли о возможности развода. В нeкоторых отношениях,— напримeр относительно долговременности их неразлучнаго сожительства в родовом грешамберийском замке,— они могли назваться примeрною, четой. Но при всем том, насколько мог судить доктор Торн, они немного приносили счастьи друг другу. Они конечно любили друг друга; если-б одному из них угрожала сериозная опасность, другой стал бы искренно сокрушаться; однако много имeлось причин предполагать, что они было бы гораздо счастливeе порознь.