— Да я и не это собственно хотeла сказать, Сусанна. Я сама думаю, что она бы не захотeла выйдти без любви. Но среди суеты большаго свeта, согласись, трудно сохранить душевную свeжесть, особенно для дeвушки, которая родилась и выросла в ином кругу.
— Я не понимаю хорошенько, что ты называешь душевною свeжестью, проговорила мистрисс Грантли с нeкоторою досадой; — если она будет исполнять свои обязанности, будет любить мужа, будет достойно занимать мeсто, назначенное ей Провидeнием, то я рeшительно не вижу, чего еще от нея требовать. Мнe вовсе не нравится метода запугивать молодую дeвушку, при ея вступлении в свeт.
— Да я вовсе и не хочу ее запугивать. Вообще, Гризельду довольно трудно запугать.
— Да, надeюсь. В дeвушкe важнeе всего воспитана ли она в хороших правилах, и даю ли ей ясное понятие об обязанностях женщины. Хвастаться было бы мнe неловко; но какова бы ни была моя дочь, я, разумeется, несу всю отвeтственность за нее. Не, признаюсь, мнe до сих пор не приходилось желать измeнить в ней что-нибудь.
Этим разговор и кончился.
В числe родственников, которые сильно изумились внезапной перемeнe в судьбe молодой дeвушки, но не позволяли себe слишком явно высказывать свое мнeние, был также и дeд Гризельды, мистер Гардинг. То был старый священник, донельзя простой и добродушный в обращении, и не занимавший виднаго мeста между барчестерским духовенством; он был не более как дьячок при капитулe. Дочь его, мистрисс Грантли, очень любила его, а архидиакон обращался с ним внимательно и уважительно. Но молодежь в Пломстедe не слишком высоко ставила тихаго, кроткаго старичка. Он был бeднeе прочих родственников, и не старался приобрeсти себe значение в барсетширском обществe. Притом же, он в послeднее время исключительно привязался к семейству декана. Правда, у него была своя квартира в городe, но он давал себя выманивать из ней. В домe декана была отведена ему особая комната; в кабинетe стояли для него особыя кресла; в гостиной мистрисс Эребин, было для него покойное мeстечко в углу дивана. Нельзя было ожидать никакого вмeшательства с его стороны в предстоявшую свадьбу; однако все же на нем лежала обязанность поздравить внучку и, может-быть, дать ей полезный совeт.
— Гриззи, душа моя, сказал он (он постоянно называл ее Гриззи, но молодая дeвушка мало цeнила эту ласку),— дай мнe поцeловать тебя и поздравить от всей души с блестящею перемeной в твоей судьбe.
— Благодарю вас, дeдушка, проговорила она, едва-едва касаясь губами его лба: эти губки теперь были священны, их поцeлуи были назначены лицам более высоким нежели бeдный причетник. Мистер Гардинг до сих пор каждое воскресенье пeл литии в соборe, стоя на своем обычном мeстe на хорах, и Гризельдe сдавалось, что благородному семейству Гартльтопов не слишком-то приятно будет узнать об этом обстоятельствe. Деканы и архидиаконы еще могли с рук сойдти; будь ея дeдушка хоть член капитула, так бы и быть; теперь же, казалось ей, он ронял честь фамилии, занимая в свои преклонные годы такую низкую должность в соборe. И потому, она поцeловала его почти нехотя, заранeе положила себe не тратить с ним много слов.
— Итак, ты сдeлаешься важною особой, Гриззи.
— Гм! сказала она.
Что же она могла отвeчать на такого рода рeчь?
— Надeюсь, что ты будешь счастлива, и составишь счастье других.
— Надeюсь, сказала она.
— Но ты заботься прежде о других, душа моя. Думай о счастьи окружающих тебя, и твое счастье придет само собою Ты вeдь это понимаешь, не правда ли?
— Конечно, понимаю, отвeчала она.
Во время этого разговора, мистер Гардинг все еще держал руку Гризельды, но она повидимому желала отнять ее.
— Да, Гриззи, я думаю, что богатая графиня так же легко может быть счастлива, как и простая поселянка...
Гризельда сдeлала нетерпeливое движение. Поводом к тому были два различныя чувства: вопервых, ей было обидно, что дeдушка назвал ее богатою графиней: вeдь она будет богатою маркизой; вовторых, ее разсердило, что старик осмeлился сравнить ее с простою поселянкой.
— ...точно так же легко, продолжал он,— хотя другие тебя станут увeрять в противном. Все зависит от самой женщины. Титул графини сам по себe еще не может составит гвоего счастья.
— Лорд Домбелло покуда только маркиз, проговорила Гризельда,— в этой фамилии нeт графскаго титула.
— О! в самом дeлe? Я этого не знал, сказал мистер Гардинг, и выпустил руку внучки. Послe этого он уже не пытался давать ей совeты.
Мистрисс Проуди и епископ приeзжали с визитом в Пломстед, и пломстедския дамы, конечно, отдали им визит. Весьма понятно, что семейства епископа и архидиакона ненавидeли друг друга. Они были по преимуществу люди церковные, а взгляды их на церковныя дeла были совершенно противоположные. Они издавна оспаривали друг у друга первенство в барчестерском округe, и побeда до сих пор оставалась сомнительна, так что ни одна сторона не была в таком положении, чтоб обнаружить великодушную терпимость. Они друг друга ненавидeли от всей души, и ненависть эта нeкогда приняла было такие страшные размeры, что навремя прекратились даже самыя необходимыя сношения, какия должны быть между епископом и духовенотвом его епархии.