Тогда мистрисс Робартс разказала ей, что Люси поселилась у мистрисс Кролей, чтоб ухаживать за ней, а детей прислала сюда в Фремлсй. Она не позволила себe выхвалять Люси с таким жаром, с каким бы стала говорить, если-бы не эти особыя отношения между ей и леди Лофтон, но тeм не менeе она не могла в своем разказe не дать почувствовать всей доброты своей золовки. Она чувствовала, что было бы не деликатно с ея стороны распространяться о добродeтелях Люси, в присутствии леди Лофтон, но она все таки была обязана отдать ей должную справедливость.
— Так она теперь у мистрисс Кролей? спросила леди Лофтон.
— Да, Марк оставил ее там вчера вечером.
— А всe дeти у вас в домe?
— Не совсeм еще в домe покуда. Мы им устроили род карантиннаго госпиталя над каретным сараем.
— Там, гдe прежде жил Стоббс?
— Да. Стоббс с женой перешли в дом, а дeти останутся у них в комнатe, пока доктор не объявит, что нeт никакой опасности заразиться. Я сама до сих пор не видала своих гостей, сказала мистрисс Робартс, слегка засмeявшись.
— Боже мой! сказала леди Лофтон: — как вы это все скоро устроили! Так мисс Робартс осталась там? Я думала, что мистер Кролей ни за что не согласится отпустить детей.
— Да, он сперва не соглашался, но они увезли их насильно. Декан мнe разказал как было дeло. Люси привела их всех поочереди, и усадила в кабриолет; потом Марк укатил с ними вскачь, а мистер Кролей стоял у дверей и кричал им остановиться. Декан был там, и все видeл.
— Ваша мисс Люси, кажется, прерeшительнаго нрава и умeет при случаe на своем настоять, сказала леди Лофтон, усаживаясь наконец.
— Да, правда, проговорила мистрисс Робартс, и ея прежнее веселое оживление мигом исчезло; она чувствовала, что приближается затруднительная минута.
— Да, она дeвушка с характером, продолжала леди Лофтон:— вы, конечно, знаете, милая Фанни, все, что было между вашею золовкой и Людовиком?
— Да, мнe Люси говорила.
— Это обстоятельство очень грустное, очень неприятное.
— Мнe кажется, что тут Люси ни в чем не виновата, сказала мистрисс Робартс, чувствуя сама, что кровь бросается ей в лицо.
— Не торопитесь защищать ее, душа моя, когда никто не думает нападать на нее. Вы этим как будто обнаруживаете свою слабость.
— Нeт, в этом отношении я вовсе не слаба; я совершенно убeждена, что Люси ни в чем нельзя упрекнуть.
— Я знаю, что вы бываете очень упрямы, Фанни, когда считаете нужным за кого-нибудь заступиться. Вы настоящий Дон-Кихот. Да зачeм же вам хвататься за меч и щит прежде чeм покажется неприятель? Впрочем, так всегда поступают Дон-Кихоты.
"А может-быть неприятель скрывается в засадe?" подумала мистрисс Робартс, но не рeшилась громко высказать свою мысль и благоразумно промолчала.
— Я утeшаю себя только тeм, продолжала леди Лофтон,— что вы так же храбро сражаетесь и за меня в мое отсутствие.
— Ах, над вами не висит такое облако, как над моею бeдною Люси!
— Вы думаете? Нeт, Фанни, вы видите не все. Солнце и мнe не всегда свeтит, дождь и вeтер губят также и мои цвeтки, как погубили у ней, у бeдняжки. Милая Фанни, надeюсь, что ваше небо долго останется безоблачно. Вы, кажется, созданы для тихаго, безмятежнаго счастья.
Мистрисс Робартс встала и обняла леди Лофтон, стараясь скрыть свои слезы. Безоблачное, безмятежное счастье! А на ея горизонтe собиралась уже туча, и уже готова была разразиться над ея головой! Какия будут послeдствия страшнаго приказа, лежавшаго в эту минуту в портфелe, под самою рукой леди Лофтон?
— Но я пришла сюда не затeм чтобы жалобно каркать как старая ворона, продолжала леди Лофтон, расцeловав Фанни.— Вeрно у каждаго из нас есть свое горе; но вeрно и то, что если мы будем добросовeстно исполнять свой долг, то мы всe можем найдти себe утeшение. Теперь, душа моя, позвольте мнe сказать вам два слова об этом грустном обстоятельствe. Вeдь было бы неестественно, если-бы мы не сказали о нем, ни слова между собой; не так ли?
— Конечно, сказала мистрисс Робартс.
— Мы бы постоянно подозрeвали друг друга в затаенных мыслях. Гораздо лучше объясниться откровенно. Помните ли, мы как-то говорили с вами о вашей золовкe и Людовикe? Вы не забыли?
— О, нeт!
— Мы обe полагали тогда, что опасности сериозной не было. Признаться вам, я думала и надeялась, что его сердце занято другою; но я ошибалась и в своих предположениях, и в своих надеждах.
Мистрисс Робартс поняла, что леди Лофтон намекает на Гризельду Грантли, но сочла за лучшее промолчать. Она вспомнила, как засверкали глаза у Люси, когда между ними в кабриолетe зашла рeчь о возможности такого брака, и не могла внутренно не порадоваться, что надежды леди Лофтон не осуществились.