— Я отнюдь не виню мисс Робартс за все то, что случилось потом, продолжала леди.— Поймите это, Фанни.
— Да я не вижу в чем бы можно было упрекнуть ее. Она поступила так благородно.
— Что толковать о том, возможно ли упрекать или нeт! Достаточно, что я не обвиняю.
— Да нeт, я этого не считаю достаточным, настойчиво перебила ее Фанни.
— В самом дeлe? проговорила леди Лофтон, подняв брови.
— Конечно. Подумайте только о том, что сдeлала Люси, и что она дeлает теперь. если-б она захотeла принять предложение вашего сына, я бы никак не могла осудить ее за это. Я не скажу, чтоб я ей это посовeтовала....
— Меня это душевно радует, Фанни.
— Я ей ничего не совeтовала, да она и не нуждалась в моих совeтах. Я не знаю другаго человeка, который бы всегда видeл так ясно, как Люси, что дeлать и как поступить. Признаюсь, я бы побоялась давать совeты дeвушкe, такой великодушной, такой самоотверженной по природe. Она теперь жертвует собой, потому что не хочет служить поводом к раздору между вами и вашим сыном. Если вы хотите знать мое искреннее мнeние, леди Лофтон, я вам скажу, что вы должны быть благодарны ей от глубины души. Что же касается до обвинений и упреков, то есть ли возможность в чем либо упрекнуть ее?
— Вот опять мой Дон-Кихот закипeль! сказала леди Лофтон.— Фанни, я всегда буду называть вас Дон-Кихотом, и поручу кому-нибудь описать ваши приключения. Но дeло в том, душа моя, что тут была неосторожность. Может-быть я сама отчасти виновата, хотя, признаюсь, я не вижу в чем бы мнe упрекать себя. Я не могла не пригласить к себe мисс Робартс, и мнe довольно трудно было бы удалить роднаго сына из своего дома. Тут просто вышла обыкновенная история.
— Да, именно очень обыкновенная история, которая повторяется с тeх пор, как свeт начался; должно-быть на то воля Божия.
— Однако, милая моя, вы не станете же увeрять меня, что каждая дeвушка и каждый молодой человeк непремeнно должны влюбиться друг в друга, как только встрeтятся. Это было бы довольно странное учение.
— Нeт, я вовсе этого не говорю. Лорд Лофтон и мисс Грантли не полюбили друг друга, хотя вы всячески сближали их. Но он влюбился в Люси, просто и естественно, а она в него.
— Но, душенька моя, вeдь вы сами убeждены, что молодыя дeвушки не должны давать волю своим чувствам прежде чeм не удостовeрятся в одобрении своих друзей.
— А молодые богатые люди могут забавляться как им угодно? Я знаю, что так судит свeт, но протестую против этого суда, особенно когда вспомню что вынесла моя бeдная Люси. С самой той минуты, как она догадалась об опасности, она старалась избeгать вашего сына. Она не хотeла бывать у вас в Фремле-Кортe, и вы сами замeтили ея отсутствие. Она едва рeшилась выходить из дому, опасаясь его встрeтить. Но он, он сам пришел сюда, и непремeнно хотeл ее видeть; он застал ее одну и потребовал откровеннаго объяснения с нею. Что ей было дeлать? Она хотeла было уйдти, но он остановил ее у дверей. Виновата ли она, что он предложил ей свою руку?
— Душа моя, я и не думала винить ее.
— Нeт, вы ее обвиняете, когда говорите, что дeвушки не должны необдуманно давать велю своему чувству. Он непремeнно захотeл высказать ей все, что было у него на душe, вот здeсь, на этом самом мeстe, хотя она умоляла его замолчать. Я не могу передать вам ея собственныя слова, но я знаю, что она просила его удалиться.
— Я вовсе не сомнeваюсь, что она поступила прекрасно.
— Но он, он настаивал, и предложил ей свою руку. Тогда она ему отказала, леди Лофтон, не так, как отказывают иныя дeвушки, чтоб еще больше завлечь жениха; она ему отказала наотрeз, и даже — да простит ей Бог!— сказала неправду. Зная наперед, как вы посмотрите на такой брак, и как о нас станет судить свeт, она объявила вашему сыну, что нисколько не любит его. Что же больше могла она сдeлать для вас?
И мистрисс Робартс приостановилась.
— Я подожду пока вы кончите, Фанни.
— Вы сейчас говорили о дeвушках, которыя дают волю своим чувствам; о ней этого сказать нельзя. Она по прежнему принялась за всe свои занятия. Даже со мной не говорила она о случившемся; по крайней мeрe, она призналась мнe в этом уже долго спустя. Она рeшилась никому не выдавать своей тайны. Она любила вашего сына, мучилась этою любовью, но надeялась как-нибудь превозмочь ее. Тут до нас дошел слух, что он женится, или думает жениться на мисс Грантли.
— Совершенно ложный слух.
— Да, я это знаю теперь, но тогда мы этого не знали. Она, конечно, страдала, но страдала молча.
Тут мистрисс Робартс невольно вспомнила о сценe в кабриолетe и о том, как досталось тогда несчастному пони.
— Она не жаловалась на вашего сына даже самой себe. Она отказала ему, и считала, что все между ними кончено.