Вечера с чаем — выдумка недурная, особливо если вы отобeдаете пораньше, а потом вас усадят вокруг большаго стола с самоваром посерединe. Позволю себe только замeтить, что для мущин не худо подавать большия чашки. При таких условиях, и особливо с приятным сосeдом или сосeдкой, распивание чая может считаться одним из лучших препровождений времени на званых вечерах. Но я терпeть не могу, когда чашки разносятся, развe только чай является пустым форменным прибавлением к сытному обeду.
Вообще Этот обычай разносить, распространившись между нами, маленькими джентльменами, получающими каких нибудь фунтов восемьсот доходу, стал презловредным и препошлым обычаем,— вдвойнe невыносимый, и как разрушение наших единственных удобств, и как пошлое обезьянничанье людей с огромными доходами. Герцог Омниум и леди Гартльтоп очень хорошо дeлают, что велят все разносить у себя за столом. Нeкоторые мои приятели, которым случается обeдать в этих домах, говорили мнe, что стаканы их наполняются лишь только они успeют их осушить, что ростбиф разносится с неимовeрною быстротой, и вслeд за ним без малeйшаго промежутка подается картофель. Чего же лучше? Нeт сомнeния, что эти звeзды первой величины умeют все устроить у себя как нельзя удобнeе. Но мы, народ о восьми стах фунтов дохода, не можем за ними тянуться. Или не извeстно, что на наших званых обeдах вся прислуга обыкновенно состоит из какой нибудь златовласой Филлиды да из сосeдняго лавочника? А Филлида, несмотря на свое усердие, и лавочник несмотря на свою расторопность, не успeвают предупреждать желания двeнадцати человeк гостей, которым какой-то мидо-персидский закон воспрещает самим о себe позаботиться. Естественное, но грустное отсюда послeдствие то, что мы, люди о восьми стах фунтов, обeдая друг у друга, часто возвращаемся домой голодными. Филлида с картофелем доходит до нас уже тогда, когда баранина съедена или остыла так, что ее одолeть невозможно; а наш Ганимед, зеленщик, хотя мы невольно любуемся его искусно завязанным галстуком и безукоризненно бeлыми перчатками, не успeвает снабжать нас хересом.
На днях, за обeдом, я сидeл против дамы, которая очевидно нуждалась в глоточкe крeпительнаго напитка, во всeм вeроятиям необходимом для ея пищеварения. Я рeшился предложить ея, с почтительным поклоном, выпить со мною вина. Но она только посмотрeла на меня изумленным взглядом; если-б я предложил ей пуститься со мной в дикую индeйскую пляску, в чисто-индeйском костюмe — на ея лицe не могло бы выразиться больше недоумeния. А между тeм она должна была бы помнить время, когда честным христианам и христианкам дозволено было вмeстe пить вино.
Да, прошло доброе времечко, когда я мог кивнуть своему приятелю каждый раз как мнe хотeлось осушить стакан, и мог протянуть руку через стол каждый раз, как мнe нужен был горячий картооель.
Мнe кажется, в дeлe гостеприимства можно бы положить общим правилом, что всякая необычайная роскошь, которую мы себe позволяем, когда у нас гости, должна быть разсчитана для блага этих гостей, а не для собственных нашмх выгод. Если, напримeр, мы подаем свой обeд не так как у нас водится по будням, мы должны имeть в виду доставать через это больше удобства и удовольствия нашим друзьям и знакомым. Но совершенно непозволительно всякое нововведение, изобрeтенное в ущерб гостям, с тeм только чтобы доказать свою фашенабельность. Так, если я украшаю свой стол и буфет, желая порадовать взгляд гостей красивым и изящным убранством, я поступаю сообразно со всеми правилами истиннаго гостеприимства; но если моя цeль уморить от зависти мистрисс Джонс великолeпием моего серебра, то нельзя не согласиться, что я туг выказываю себя очень непорядочным человeком. Многие пожалуй допустят это вообще; но если-бы мы это самое правило постоянно имeли на умe, если-бы мы стали прилагать его ко всeм частным случаям, но мы, люди о восьми стах фунтов, конечно нашли бы лучший способ угощать своих друзей чeм какое бы то ни было переставление блюд и посуды.
Нам, кому так хорошо извeстны условия лофтоно-грантлийскаго трактата, торжественно заключеннаго обeими матерями, конечно трудно предположить, чтобы мистрисс Грантли повезла дочь к мистрисс Проуди именно потому, что она там должна была встрeтиться с лордом Домбелло. С другой стороны извeстно, что высокия особы часто позволяют себe нeкоторыя отступления от заключеннаго договора, отступления, которыя лица низшаго разряда почли бы не совсeм согласными с правилами чести; итак, почему не допустить возможность, что супруга архидиакона не прочь была обезпечить себя на всякий случай?