- Одна! – спешно палю и вообще теряюсь в эмоциях и непонимании.
- Ай, хрен с ним, - тихонько шиплю, отвернувшись спиной, и вставляю ключ в замочную скважину, попутно молясь, чтобы на общем коридоре никого не встретить.
Но куда уж там…
Сначала чуть не заезжаю по лбу дверью диким детишкам, что с визгом проносятся мимо и скрываются в своей норе. В нос ударяет едкий запах сигаретного дыма и стойкого затхлого перегара. Торможу на пороге и чувствую, как в спину мне упирается твердая горячая грудь, мягким толчком вынуждая ввалиться вовнутрь.
- Мир – р –р – р – ка, - сосед – алкаш либо ещё не ложился, либо уже проспался и в поисках новой «дозы».
Стискиваю зубы от негодования, и даже лихорадка от перенесенной боли уходит на второй план перед трясучкой от злости. Рефлекторно шарю по карманам в поисках бумажных денег, лишь бы он замолчал и отстал. Фигура из-за моей спины выходит немного вперед и выжидающе убирает руки в карманы, удерживая на прицеле глаз пошатывающееся нетрезвое тело.
- Кир, ему просто денег надо дать, - торопливо тереблю в руках связку и вставляю ключ в замок своей комнаты. – Щас, я быстро…
- А п*здюлей ему не дать, - ледяным тоном гремит Кир, глядя при этом в упор на ощетинившегося соседа.
- Ты кто такой, белобрысый? – воинственно плюется алкаш, вытирая жирные руки о замызганную майку, что некогда была белой.
- Мобильный вытрезвитель, слышал о таком? – в голос Кира просачиваются опасные предупреждающие нотки, а я уже имею представление о том, чем это грозит.
- Кир – Кир, не надо, пожалуйста, - мечусь в его сторону и хватаю за локоть, что, кажется, намертво застыл в одном положении. – Он безобидный, пойдем, - с огромным усилием оттягиваю парня в сторону, что продолжает удерживать на прицеле оскалившегося пьяницу, который, кажется, едва заметно выдыхает, стоит мне затащить парня в комнату. – Ты извини, он всегда такой, я уже привыкла, - спешно оправдываюсь, закрывая за нами дверь, и застываю, когда поворачиваюсь вновь.
Внимание Кира всецело привлекло моё полотно, на котором изображен конец вселенной.
- Интересно, - задумчиво рокочет, с интересом разглядывая главного героя этой картины...
15. Глава пятнадцатая
Тишина…
Слишком подозрительная для места моего обитания. Несколько раз заторможено моргаю, глупо уставившись в потолок. Еле заметная трещина в углу и старая люстра с лебедями. Значит, я точно дома. Поднимаю голову, бросая бездумный взгляд в светлую щель между занавесок. Черт, кажется, проспала. В теле ещё блуждает неприятный тремор, но уже не такой настойчивый, как это было вчера.
Инстинктивно задираю одеяло, проверяя, не выкинула ли чего этакого на этот раз. На мне надет топ и джинсы, что, несомненно, радует, а резко взбесившееся сердце перестает буянить. Снова опускаю ещё тяжелую голову, прокручивая хронологию минувших событий: стычка Кира с соседом, неловкий момент с картиной… Судя по всему, не я одна нашла на холсте сходство между моим новым знакомым и, внезапно появившимся под кистью, персонажем. Пришлось срочно отвлекать внимание гостья пустой болтовней, от которой у меня самой закружилась голова, а дальше… Пустота. Помню только то, как присела на кровать. С этим срочно надо что-то делать, каждая наша встреча заканчивается подозрительными провалами в памяти.
Приподнимаюсь на локтях и болезненно жмурюсь, издавая шипящий звук. В области груди неприятно печет, напоминая о новом шедевре на моем теле. Машинально веду рукой ниже шеи и ощущаю под пальцами специальную заживляющую пленку. Не помню, чтобы он вчера её клеил… Плюс новый пробел в копилочку. Шарю ладонью под подушкой и обнаруживаю на экране не утешающую цифру часов, намекающую на то, что первую пару я успешно продула.
Стаскиваю ноги с дивана, и взгляд натыкается на несколько пакетиков жаропонижающего и таблетки обезболивающего, что лежат на тумбе, коих никогда не водилось в моей аптечке. Больше скажу, у меня и аптечки то нет. Сомнений в том, что это принес не домовой, у меня не возникает. На душе появляется странное чувство с легким налетом стыда. Неудобно, как всё неудобно!
Издаю тихий досадливый писк, спешно переодеваюсь в банный халат, подхватываю лекарства и, занырнув по пути в домашние тапочки, открываю дверь, на всякий пожарный придерживая ручку, чтобы полотно не влетело в, вечно атакующих коридор, детей.