– А чувак здраво мыслит… – усмехнулся Фельдшер. – Слышь, у них же внизу съёмные колесики есть, я обратил внимание, что там специальные гнёзда под них предусмотрены. В шкафчике этом килограмм двести будет точно, на руках же его «ботаники» таскать не будут?
– Предлагаешь разогнать и туда, к воротам?..
– Дык! – «Фримен» улыбнулся. – Ворота, по ходу, на соплях, может, и вынесем, а?
Ересь как в воду глядел по поводу запасов хлама на складе. В одной из боковых комнатух действительно стояли в ряд не меньше десятка железных «комодов» с тумблерами, счётчиками и рядами разноцветных кнопок. На некоторых «гробах» были следы копоти, от них до сих пор пованивало горелой изоляцией. И – факт, все шкафы были поставлены на колёса. Правда, насчёт двухсот килограммов Фельдшер поскромничал – мы буквально умылись потом, прежде чем вытолкали на сравнительно невысокий уклон один из таких «гробов».
– Ну, взялись? – весело гаркнул «свободовец», наваливаясь плечом на железный торец шкафа.
– Взялись, – кивнул я, начиная толкать махину, негромко хрюкнул от усилия Ересь, и шкаф, пронзительно свистя колесиками, начал набирать скорость.
На склоне, ведущем к воротам, уже прилично разогнавшуюся научную технику немного повело в сторону, «гроб» начал крениться, готовясь завалиться на бок, с треском отлетело от крепления одно из колёс, от чего угол шкафа громко заскрежетал по бетонному полу.
Упасть «гроб» не успел, так как на очень хорошей скорости гулко врезался в правую створку ворот. Посыпались куски чёрной «ржавчины», разбивавшиеся внизу на целые рои ярких жёлтых искр, где-то сверху глухо, но мощно кракнуло, и штыри, удерживающие петли ворот, начали на глазах вылезать из трещиноватого, потемневшего бетона. Первой вывалилась наружу, в тоннель, правая створка, гулко лязгнув при падении, левая упала чуть позже, почти поперёк прохода, подняв воздушную волну, от которой немедленно погасли все лампы на складе. Единственным источником света остались наши фонари и занявшийся ярким оранжевым пламенем научный «шкаф», в котором начали выгорать печатные платы и изоляция. Из раскалённой, багровой тьмы тоннеля прилетел обжигающе горячий, удушливый ветер, поднявший с пола пыль и обрывки бумаги, и в красноватом зареве хорошо видны были провалившиеся остовы нескольких грузовиков и почерневшие, местами оплавившиеся балки перекрытий. Было даже странно, что туннель до сих пор не обрушился…
– Хрена себе, сауна. – Фельдшер закрылся рукой от летающей пыли и плотного жара. – Дышать нечем.
– Ну, первый пункт можно смело вычёркивать. Идём отсюда. – И я первым повернулся спиной к дышащему жаром проёму…
Не пустила нас Зона дальше. Ну что ж, бывает… никто и не обещал лёгких путей. Да и, наверное, к лучшему, что уходим мы с «двенадцатой». Иллюз очень даже может вернуться в свою берлогу, и второй встречи с этой тварью я, наверное, уже не выдержу.
– Ну, как? – Хорь, уже обустроивший «торговую точку» и даже успевший огородить металлической сеткой свой «прилавок», посмотрел на нашу команду.
– Каком кверху, – буркнул я, проходя мимо торговца в бункер.
– Ты б, мил человек, сперва нас накормил, напоил, в баньке попарил, а потом уже и спрашивал. – Фельдшер сбросил рюкзак, потянулся и сладко зевнул.
– Ага… это меня скоро попарят. В баньке. Веничком по филею. – Хорь взгрустнул. – У меня связь сначала с вами отрубилась, а потом и вообще ПМК работать перестал… по ходу, бывшее моё начальство с НИИ канал отрубило. Значит, не нашли… вот блин. А я уже сообщил.
– Чего ты сообщил? – Фельдшер непонимающе взглянул на торговца.
– Что, типа, есть туннель, уже нашли… сам же отписывал про те бункеры, что, мол, ветка там с Тёмной долины есть.
– Я только предполагал… эх, ты, чуча! Вот сам и оправдывайся. – «Фримен» виновато взглянул на меня. – Ну… да. Нужно было иногда мессаги кидать, как там и что. Ну, просто надо…
Надо же, и «свободный» знает, зачем он со мной, и я это знаю, и даже Ересь, по ходу, в курсе, зачем это «фримен» сообщения через каждые несколько часов пишет. Однако как будто даже совестно «свободовцу» за роль конвоира. Глаза опустил, вид очень даже виноватый… хороший он всё-таки мужик.
– Да ладно, ерунда. Возражений нет, – отмахнулся я. – Чего уж там…
– Что будете дальше делать? – Хорь пытливо взглянул на меня.
– Сначала – долго спать. Потом снова спать, но уже меньше. А перед всем этим – заправиться горячим питанием. С этим как, в твоём «Схроне» налажено?
– Ещё не совсем. Насчёт поесть горячего – чутка обождите. Где дрыхнуть, тоже есть. Но уже, извиняйте, не бесплатно.