19 сентября он отказался от своих обязательств. Он прибыл на мост в Сен-Жан, готовый, казалось бы, объяснить, что ему незачем более придерживаться заключенного соглашения, потому что Фридрих его нарушил. Но Фридрих не явился, а послал вместо себя Рейнальда, который, безусловно, надеялся привезти короля Франции в Доль и переубедить его. Людовик в сухой форме выразил удивление отсутствием Штауфена и дал понять, что вопрос улажен. Немецкий канцлер возмутился и в ответ заявил, что никогда «император не говорил, что будет делить с кем бы то ни было — а тем более с корольками (rehab,) — право юрисдикции на римскую церковь». Капетинг больше колебаться не стал, повернул своего коня и галопом умчался прочь. Встреча была закончена, дело завершено. Через несколько дней Александр III, торжественно признанный французским монархом, был с триумфом принят в Туре, а затем в Париже. В марте 1163 года он председательствовал в первом из этих городов на торжественном церковном соборе, в котором участвовало 17 кардиналов, 4 епископа и более 400 аббатов.
Вопреки надеждам, появившимся весной, раскол не прекращался. Раздел внутри христианского мира становился все более очевидным. Здесь тоже образовался тупик.
А Фридрих ни в чем не изменил своего поведения. С твердой настойчивостью он преследовал свои цели: поскольку дипломатический маневр не удался, нужно было вновь прибегнуть к силе, то есть возобновить вооруженную борьбу в Италии, чтобы водворить в Риме Виктора IV и победить Сицилию. Впрочем, он не потерпел никакого тяжелого поражения. Если дело не сдвинулось с места, то он не утратил из-за этого своих позиций: неизменно держал в своих руках Северную Италию.
Не обращая внимания на интриги Бертольда фон Цэрингена с королем Франции, делая вид, что не знает о не слишком теплом приеме, оказанном многими немецкими епископами Виктору IV во время синода, созванного Виктором в Трире, с презрением отнесясь к повторному решению об отлучении от церкви и его самого, и его окружения, которое было принято в Туре, он высокомерно отвергал попытки примирения, которые предпринимал Александр III.
На следующий день после несостоявшейся встречи в Сен-Жан-де-Лон Александр III действительно предложил через Эберхарда Зальцбургского мир; он принес свои извинения и обратился к императору «как к могущественнейшему из принцев», но ответа не получил. Летом 1163 года он направил в Нюрнберг четырех легатов, в том числе двух кардиналов. Фридрих, вынужденный прийти к какому-то решению, предложил назначить арбитражную комиссию, которой поручено будет произвести расследование и установить, который из двух пап является настоящим. Это означало возврат к процедуре в Павии, на что Александр согласиться не мог. Весной 1164 года два кардинала должны были снова попытаться установить отношения с императором и прибыли в Сузы, где он находился в тот момент; но их даже не приняли.
За эти несколько месяцев Штауфен ограничился тем, что, вернувшись из Бургундии в Германию, занялся улаживанием отложенных в этой стране дел, чтобы как можно скорее вернуться в Италию, куда весной 1163 года он направил Рейнальда фон Дасселя. Он предпринял жестокие санкции против города Майнца, где в 1160 году жители восстали против архиепископа и убили его. Применяя все ту же силовую политику, что и в итальянских городах, и отвергая мысль, что городские цехи могут иметь большие свободы, Фридрих отменил все привилегии, заставил засыпать рвы и срыть часть крепостных стен. В то же время он вмешался в назначение нового архиепископа, пренебрегая предписаниями Вормсского конкордата, а Виктор IV не заявил протеста; далее император отвел кандидатов капитула — Рудольфа фон Цэрингена, не без оснований считавшегося противником имперской политики, и Христиана фон Буха — и назначил брата Отто фон Виттельсбаха, Конрада, удовлетворись выбором, о котором впоследствии пожалел.
При этом, верный своему желанию сотрудничества, он оказал действенную помощь Генриху Льву, чье присутствие в Доле весьма оценил: тот помог ему бороться с непокорными вассалами.