Она почти дошла до конца лестницы, когда услышала крик. Мужской голос вскрикнул что-то вроде «Ал…». В голосе слышалось облегчение, будто человек за стеной шиповника увидел знакомого и попытался назвать его по имени. Через пару секунд послышался звук упавшего тела, и Катерина поняла. Все, что там происходит, очень серьезно.
Она поняла это по наступившей секундной тишине. Вдруг замолчал хор кузнечиков, и соловей в саду резко прервал трель.
Она понимала, что не сможет помочь человеку, так отчаянно вскрикнувшему. Была уверена, произошло страшное! И все же поднялась к стене шиповника, замерла, прислушиваясь.
Как сейчас не хватало хоть кого-нибудь! Хотя бы шебутной Элеоноры, с которой познакомились в тот день, когда у нее убили кошку. С Элей все было бы не таким страшным. Вчера они так классно погуляли по набережной, а сегодня она, хоть и обещала, да вот, не пришла.
Свет долетал от фонаря соседнего дома, что прятался напротив, в зелени. Из-за стены кустарника доносился приглушенный шепот, похоже, двух человек. Голос одного срывался, второго – был спокоен, но о чем они говорили, Катерина понять не могла.
Может, там, в засаде, сидели гопники, ударившие по голове гадателя, и теперь обшаривают карманы? Вполне возможно. Жилистые парни с волчьими глазами гуляли по набережной тесными рядами, сплевывая «семачки» на прохожих. Временами что-то происходило. Истошно визжали женщины, матерились мужчины, а гопники с уловом перемахивали через низкий забор, отделявший набережную, и разбегались в разные стороны. Ищи-свищи! А завтра опять выходили на охоту.
От кустов шиповника веяло тонким запахом розы и конкретной опасностью. Катерина никак не могла решиться. Понимала, что не поможет, но что-то же сделать должна! «Может не все потеряно, и он жив?» — отбрасывала она интуицию, — «и можно еще спасти от гопоты здоровье и кошелек гадателя. Надо просто посмотреть, что там. И вызвать милицию».
На высокой стене шиповника остались одинокие цветы, с почти опавшими лепестками, и молодые ягоды. Катерина оглянулась на полуразрушенный дом, черными окнами глазевший на нее слева. Посмотрела в конец тропинки, на улицу — ярко освещенную, с несущимися блестящими машинами, из которых лилась музыка. Город продолжал развлекаться, а кто-то убил человека, и она, наконец, должна была что-то сделать!
Катерина выдохнула, выставила перед собой сумку, чтобы не поцарапаться о шиповник, (и все равно поцарапалась), и шумно полезла сквозь кусты, приговаривая своим самым уверенным голосом: «Эй, вы там!» Иногда подобных гадов достаточно просто пугнуть. А вот что делать, если они не испугаются, Катерина старалась не думать.
За стеной кустарника началось движение, она услышала сбивчивое и натужное дыхание человека, волочащего тяжелую ношу. И вдруг треск затих секунд на десять. Послышался звук захлопнувшейся дверцы автомобиля. Мотор завелся, взвизгнули шины, и машина вырулила в переулок, по которому Катерина шла совсем недавно за гадателем, и умчалась вверх, в ту сторону, где был ее дом.
Колючие кусты пропустили ее, оставив саднящие царапины на плечах. Она двигалась уверенней, зная, что машина уехала, и едва ли кто-то здесь остался. Освобождая юбку от последней колючки, Катерина раскрыла мобильник и осветила поляну, открывшуюся за кустами. Грязную поляну, усыпанную мусором и смердящую человеческими экскрементами, покрывали обрывки бумаги, разбитое стекло бутылок и смятые полиэтиленовые пакеты. Идеальное место для засады.
Голубой свет мобилки выхватил бумажки, пластиковые бутылки и кусты, проломленные в сторону освещенной улицы. И в этом проломе, на земле виднелся черный мужской шлепанец, странно блестевший, будто мокрый. Катерина пошла по лучу к шлепанцу, оступаясь и вздрагивая от отвращения, когда нога уходила во что-то мягкое.
Присела, сдерживая дыхание от смрада. Палец ее ощутил неровности литой пластмассы, а потом попал во что-то липкое и теплое. Она поднесла палец к носу и вдохнула железистый запах.
Катерина ужаснулась — это была кровь! И она, оттопырив палец, полезла в сумку, чтобы найти салфетки. Но они все не находились, и Катерина не выдержала и, наступая на острые колья, стала продираться сквозь кусты на освещенную улицу.
Здесь был довольно крутой спуск, и она поняла, почему так быстро удалось донести тело к машине — его просто покатили вниз, об этом говорила примятая трава и поломанные садовые ромашки, каким-то чудом оказавшиеся на этом склоне.