— Нет, нет, нет… — твердила я, пытаясь вырваться или пнуть ослабевшими ногами.
Когтистая лапа ушла с моей талии и прокатилась по грудям, от чего я заныла, зажмуриваясь. А следом за ней пришёл шершавый язык, жадно облизавший все соски на левой груди разом.
— О-о-х-х… — снова не выдержала я, чуть не выронив изо рта леденец.
Хоть он и достаточно большой для того, чтобы не подавиться, но неудобства свои приносил. Я не Байонетта (героиня, с невозмутимым лицом разносившая толпы врагов) из старинной игры, в которую любил играть папа, а живой человек, вполне способный проиграть.
За нами в ангаре началась заварушка с Мисс и Талией, и я поняла, что нужно ещё тянуть время, отвлекая вожака приманкой из своих сисек и задницы. Джери скользнул языком выше до самой шеи и мочки уха. Я попыталась отклониться назад, но впившиеся в моё левое вымя когти не позволили, и горячий язык зверя прокатывался по шее, заставляя в исступлении сжимать его широкие, жилистые плечи. Средний палец продолжал поигрывать с моей попкой, то покидая её, то проникая вновь.
— Прошу, оххх… — хотела сказать «отпусти», но уже на грани изнеможения сказала то, что говорило тело.
Взяв меня за шею, зверь притянул к своему лицу и заткнул рот своим языком, царапая губы клыками. В то же время головка члена оказалась прямо у моей щёлки. Я ощущала, как возбуждённый орган подрагивает, желая, и Джери начал неспешно вставать с колена, прогибаясь, целуя меня и загоняя внутрь толстый ствол. Царапая ткань на его теле ногтями, дрыгая ногами и истошно вопя от наслаждения и ужаса в рот волчары, я пыталась остановить это неумолимое проникновение.
Но ничего не выходило. Сильная рука удерживала мои бёдра прижатыми к шершавому телу, покрытому тканью. Почти такой же крупный орган, как и у Юджина, выдавливал накопившуюся смазку, которая стекала по моим ногам и яйцам зверя. Джери встал в полный рост, загнав член на полную в обессиленное сопротивлением тело, и я едва могла коснуться носочками земли, подвешенная на каменном органе и поддерживаемая когтистой широченной лапой. Всхлипы и плач мои, тонущие во рту хищника, никто не слышал, а руки из последних сил сжали ткань на его груди. Золотые глаза в удовольствии прикрылись, и утробный рык завибрировал в его и моём теле. Наконец он оторвался от моих губ и позволил надышаться, по-прежнему удерживая за шею сзади.
— Твоё мясо для ебли ещё лучше, чем я предполагал, — прохрипел зверь, глядя, как меня потряхивает от немыслимого возбуждения и желания.
«Мясо для ебли?!» — так жёстко меня или мою киску ещё никто не называл. Собрала остатки разума и постаралась осмотреться. Похоже, уже всё кончено: Талии с Юджином нет, Бенедикт и Гролш подходили к нам, не торопясь, сзади и спереди.
«Уже? Так скоро?!» — промелькнула у меня мысль, но я отогнала её, решив, что должна закончить это соитие красиво. Повиснув руками на плечах зверя, пока он наслаждался моим «мясом», упёрла каблук в его колено, скользнула телом вверх и второй ногой упёрлась в плечо вожака, окончательно покинув щёлкой горячий орган. Перекувыркнулась назад в воздухе и приземлилась в двух метрах от Джери, пока он падал на спину от моего толчка. Едва устояла на ногах, но через секунду упала на одно колено, чтобы отдышаться и унять головокружение.
— Не меня, так моих учеников решил достать, Джери? — тоном победителя пропела Глория.
— Ты уже старая и не нужна мне, — ответил вожак, вставая на ноги.
— Ах! — наигранно возмутилась Мисс и сделала вялый выпад в сторону волчары, но тот мощными ногами отправил себя в полёт на три метра вверх, ухватился за стальные опоры под потолком ангара.
Выпад был вялый, потому что я видела, как Бенедикт может атаковать, и это нападение было скорее перфомансом. Очень жаль, что в пылу страсти я так и не посмотрела на учителя в настоящем бою, хотя очень давно хочу.
— Запомни, тёлочка, — крикнул он, указывая на меня пальцем. — Ты теперь моя добыча и я не успокоюсь, пока не кончу во все твои щели.
Покраснев, я снова тяжело задышала. Чёрт, сегодня, кажется, мне не избежать мастурбации с фантазиями об этом властном звере, побывавшем так глубоко во мне. Закончив своё прощальное предостережение, он вскочил на опору, прыгнул под самую крышу и ухватился за эвакуационную лестницу, покидая нас. Браслеты завибрировали. Мне досталось 600. Неплохо.
— Ты как, девочка? — подошла ко мне Глория, шурша платьем.
— В норме, — ответила, пряча глаза и разматывая ткани из ошейника.
— ЧЁРТ! ХОРОША БИТВА! ШКОЛА НА ШКОЛУ! КРОВЬ ЗА КРОВЬ! — прокричал Гролш, помогая мне встать.