― Расскажешь потом, как всё прошло? ― спросила осторожно.
― Если не умру от сердечного приступа по пути до него, ― серьёзно ответила Рыбка и вышла за порог.
Я закрыла дверь и глупо улыбалась, вместе с ней переживая волнение от первых близостей. Вернулась в комнату, включила Morphine и села на кровать, ожидая с минуты на минуты потока слёз, но не смогла ни капельки выдавить. Тогда почему бы не заняться мастурбацией, раз уж коробка с игрушками распотрошена и призывно предлагает выбрать партнёра на вечер.
Сходила в душ, вышла в одном коротеньком халате, слегка надеясь, но не сильно, увидеть в комнате Джери. Если буду сильно надеяться, то расстроюсь, но усталость, накопившаяся за сегодня, всё равно бы не дала полноценно насладиться процессом. Выключила весь свет, кроме торшера, и легла на кровать. Вообразила себя в когтистых лапах, грубо хватающих меня за прелести, пока я пытаюсь вырваться. Легла на бок, чтобы выбрать что-то из коробки, но вспомнила фразу Талии «Ого! И в тебя такое влезает?!» и усмехнулась собственной шутке про чёрный пояс, но затем…
«Тогда в поезде! Он сказал что-то подобное и поклялся!» ― Спрыгнула с кровати и рванула к дневнику, судорожно листая его до эпизода в поезде.
Вот! «Клянусь твоей пухлой киской: если сделаешь это, я твой должник навеки!» ― прочитала я и возликовала.
«Можно напомнить ему про эту клятву и попросить наладить контакт с Юджином или пустить его вместо себя на время, ― думала я, но затем погрустнела. ― Можно было бы, не постарайся я его убить. Дерьмо! И здесь успела накосячить. Ладно, попытка не пытка», ― решила я.
Одевшись, выскочила из квартиры, направляясь к дому затворника. Под луной в кустах и деревьях стрекотали сверчки, а я пустынной улицей вышагивала, слегка настороже. И не зря. Дорогу мне преградили трое молодых людей и одна девушка. Они были одеты в стиле постапокалипсиса, с автомобильными шинами как элементамим доспехов, а заплаток и клёпок на джинсовых и кожаных куртках вообще было не счесть.
― Это она? ― услышала я от самого нагло улыбающегося.
Девушка из их компании закивала, и её фигура мне показалась отдалённо знакомой, а кроме неё, ничего разобрать из-за надвинутого на глаза мотоциклетного шлема и банданы на лице было нельзя.
― Предлагаю дать подсказку для лабиринта по-хорошему, и синяков будет не так много, ― говорил молодой парень на голову ниже меня, подходя и постукивая прорезиненной битой по плечу.
«Одна из официанток подслушала мой разговор с Джери? Более чем вероятно. Разберусь с наглым мудилой и посмотрю на её лицо», ― размышляла я молча, пока подходил гопник.
Когда же он оказался достаточно близко, то размахнулся битой и собрался нанести удар в плечо, но я отскочила назад, а затем сразу же ринулась вперёд, целясь ладонью в нос. Силу рассчитывала так, чтобы потекла кровь, но чтобы не сломать ничего. Однако моё сознание захватила картина, как его голова лопается и разбрызгивает содержимое по стенам и асфальту. Кажется, испугавшись, я даже не дотронулась до носа рейдера, однако он испугался не меньше и повалился на задницу.
― И это всё? ― шевелил он носом, пытаясь понять, идёт кровь или нет. ― Ребята, хуярьте её, пока не скажет!
В ужасе я встала в стойку и приготовилась, но пришла отличная идея.
― Хорошо, я дам подсказку! Не надо бить! ― подняла руки в успокоительном жесте.
― Ну так говори! ― встал с задницы наглец и вышел вперёд банды.
― Тыква, нет: «Прямо как тыква». Ребята, я сама пока не знаю, что это значит, только не бейте, ― играла я роль испуганной девчонки, произнося этот бред. Всё равно гондоны никак не проверят до завтра, а от оригинальной подсказки «Кратно четырём» это мало чем отличается.
Рейдеры недоумевающе переглянулись. Затем главарь перевёл на меня полный злобы взгляд.
― Какая ещё на хер тыква! Ты шутить вздумала? ― взревел он, подходя ближе. ― Давай-ка мы для профилактики тебя отпиздим, а потом ещё раз спросим.
Проклиная свой мозг, что так сильно испугался силы своего тела, я приготовилась принимать удары, но услышала голос сзади.
― Оставьте её, дети. Она вам не по зубам.
Я обернулась на звучный голос и увидела крупную фигуру мужчины с массивным прорезиненным посохом в руках, стоящую в за мной в тёмном переулке.
Рейдеры, к моему удивлению, уже сверкали пятками, а я осталась наедине с тёмным капюшоном, из-под которого виднелась белая ухоженная борода. Посеребрённые рыцарские доспехи покрывали руки и ноги, а торс скрывала чёрная ткань. На груди мужчины нарисован белый диагональный крест, поверх которого ― шестиконечная золотая звезда, олицетворяющая человека, который отдал жизнь за людей. Старинная притча, после Генетической революции в неё уже никто не верил. Религия отвалилась сама собой, без упразднений и репрессий, и только отдельные паломники блуждали по свету и пытались вернуть славу Спасителю. Лично у меня, закоренелой атеистки, подобные персонажи доверия не вызывали.