— И теперь настала пора объявить сеньорам террористам, что отныне Венера меняет правила игры! — посуровел голос этой суровой мадам. — Отныне и навсегда, во веки веков. А именно: мы больше не ведём никаких переговоров с террористами! В принципе. Никогда. Ни по какой из тем, их интересующих. Единственную тему, которую Венера с сего дня готова обсуждать с теми, кто захватил наших людей, это условия сдачи оных террористов в руки правосудия. И я уполномочена от имени антитеррора заявить, что те, кто сложит оружие без сопротивления и жертв среди заложников, получат мягкое обхождение и уважительное отношение. Любая агрессия в адрес заложников будет караться ответной ПРОПОРЦИОНАЛЬНОЙ агрессией.
Пауза — перевести дух. Вот сейчас она говорит что учила, что готовила. Самому интересно послушать. И, кажется, Инесс не подкачает, ибо этот злой блеск в глазах и решимость драться говорит о многом.
— Как сказано от Матфея, — продолжила она, — «Unicuique secundum opera eius», каждому воздастся по делам его. А также: «ибо каким судом су́дите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить». Если вы захватили наших родных и близких, наших детей — мы захватим ВАШИИХ близких, и ваших ДЕТЕЙ, — выделила она это слово. — Если вы убиваете наших близких, женщин и детей — мы будем убивать ВАШИХ женщин и детей. Никакого гуманизма! Никаких прав и писаных законов — вы сами отринули все законы. Тот, кто бесчестно и подло убивает нас — будет бесчестно и подло убит нами, в той мере, в какой сам совершил преступление.
Хочу обратиться к сеньорам террористам, ибо точно знаю, они меня слышат, — грозно сверкнула она очами. — И к их кураторам на Земле. И к их братьям по вере и философии. Уважаемые! Мы больше не будем с вами разговаривать! Ни с кем и никогда! Мы будем вас убивать. На Земле. Венере. Марсе. На Сатурне! Если надо — полетим на Проксиму Центавра, и там вас найдём и уничтожим. Даже если ради этого придётся потратить два, три, десять ВВП планеты! Даже если придётся начать мировую войну. Просто потому, что любой, замахнувшийся на жизнь мирных венериан, должен быть уничтожен. Мы будем убивать ваших родных, будем разрушать дома и города, и не остановимся ни перед чем. Это не бравада, отныне никто не уйдёт безнаказанным. И если вы желаете гибели близких, знакомых, сподвижников, сограждан — мы приглашаем вас на венерианское сафари, где наш антитеррор будет отстреливать вас и вам подобных, наказывая и тех, кто остался у вас дома. И бог моим словам свидетель.
Снова пауза — запыхалась, тяжёлое дыхание через мембрану микрофона даже здесь слышно.
Я кожей ощущал, что сейчас замерло без звука сильно больше миллиона человек. И наша трансляция побьёт мыслимые рекорды. Ибо через двадцать минут всё повторится на Земле и Марсе в куда бОльшем масштабе. Люди там ждали новостей с Венеры. Люди ждали, как отреагирует это долбанное ленивое королевство, отчего-то из-за фигни начавшее экономический кризис. А тут, на Венере, люди просто отчаялись, и хотели от антитеррора хоть каких-то положительных новостей. Например, об удачном чудом получившимся штурме. Но ТАКОГО не ожидали ни там, ни тут. Ибо это бред! Не делают так цивилизованные государства — на то они и цивилизованные. Но вид родных и близких террорюг в загоне из сетки на парковке, и ряд упырей, уже совершивших преступление ранее, стоящих у стены в ряд на заднем плане, намекал, что всё слишком серьёзно, чтобы быть розыгрышем.
Так что в какой-то степени мы сотворили новую реальность. И я буду благодарен судьбе, если подобная политика и решительность государства её проводить останутся и по окончании моего фриланса. Молюсь на это! Я пройду муки ада только ради того, чтобы дать шанс, но прямо сейчас приставлю игольник к виску и выстрелю, если сверху скажут, что после Лея, Фрейя или кто там будет положат астероидный бур на такую решительность.
— Но это ещё не всё, разумеется, — с дрожью в голосе приступила Инесс к главному, и была слишком бледна, несмотря на косметику и оперативно поднятые Жан-Полем сглаживающие светофильтры. — Как уже сказала, Совет безопасности Венеры в связи с усилившейся террористической угрозой принял новые правила, новую доктрину в отношении террористов. И согласно ей, мы будем судить бандитов той мерой, которой воздействовали они. Кто-то из моих сограждан осмелится возразить, мол, мы берём на себя функции бога, однако возражу, что то, что записано от Матфея, независимо от него в древних культурах называлось «принцип талиона», и широко применялось во всех макрорегионах древней Земли. Мы не решаем за высшие силы, мы лишь зеркально отражаем на пришельцев их собственные законы, делаем ровно так, как они сделали бы, находясь на нашем месте.