— Обижаешь! — Кожей почувствовал её хищный оскал. Кому-то в юстиции сегодня не жить. — Контрразведчиков послала. У тебя пример взяла.
— У меня? — немного недопонял я.
— Ну да. Ах да, сейчас скину отчёт по тому хмырю, что посланные тобой твои орлы взяли прямо в кабинете в здании безопасности. Глава отдела по связи с общественностью. Алиса в шоке, ходит и сквернословит. Дедуле решили оставить обвинение в пособничестве. Суд оправдает, но пусть покорчится в муках пока до заседания дойдёт.
— Я… Спал, — как бы в оправдание произнёс я.
— Всё в порядке, понимаю. Лови, скинула. В общем, каждую суку, что посмеет палки в колёса на ровном месте ставить, буду привлекать по пособничеству террористам, и ломать по-жёсткому, пока индульгенция. Чтоб на будущее все помнили.
— Обожаю суровых женщин! — вырвалось у меня.
— За своими женщинами следи, мачо, — одёрнула она, но с улыбкой в голосе.
— А у меня тоже есть такая, та ещё хищница… — Я закрыл глаза и вспомнил груди своей хищницы. И её огненные волосы. И пронзающие насквозь глаза с желанием распять за какой-то косяк (долго ли косяк найти?)
— Прилетит твоя хищница. Никому ни слова, мои разведданные, — огорошила и предупредила Сирена. — А ещё, и тоже никому, после трансляции вашего шоу с покером, она рвала, метала, что-то там разбила и кого-то среди местных отметелила. Но после окончательно решила возвращаться.
— Буду должен! — повеселел я. Искренне повеселел.
— Что возвращаться, чтобы тебе кое-что оторвать, не смущает? — поддела она. Вот стервочка! — И я не уверена, что речь шла про твой длинный язык.
— Мои проблемы — решу! — усмехнулся я, почувствовав себя увереннее. Паула вернётся. Моя Паула! Всё понимающая и всё прощающая. Семья. Больше, чем семья! Что ж, жду.
— В общем, думаю, приеду после обеда, — подвела итог её превосходительство. — Лично упырей привезу — хочется посмотреть, что ты с ними собираешься делать. Пока до связи.
— До связи! — подтвердил я и рассоединился.
М-да, не напрасно королева поддержала именно такой сценарий — перевернуть планету вверх дном. Кому, как не ей, понимать, насколько на Венере всё прогнило? А тут маленький (молодой) психопат рвёт всех на кожаные полоски, объясняя бюрократам и коррупционерам, что во время планетарного шухера и мобилизации общества перед общей угрозой законы мирного времени не действуют. Ни для кого не действуют…
…Жаль, что Мальдини и ещё четверых козлов не дадут грохнуть. Снова полумеры.
— Слон, что случилось? — Иконка взломщика активно мигала. Не по линии правительственной связи, по корпусной линии.
— Бро, проблемы.
И он поведал слезливую историю о том, что они с парнями из «трёшки» и тремя присланными на усиление студентами (уже давшими подписку о неразглашении) до четырёх утра подключали оборудование на суперкомпе Венерианского государственного. В шесть утра протестили подключение — было. Но в полвосьмого позвонил ректор лично, тамошнему научному руководителю, и сказал, что он понимает важность работы его машины для безопасности планеты, однако их работа должна быть не в ущерб проектам университета.
— Они нам выделили два процента мощности! — ругался Слон. — Два процента!
— Это много или мало? — не понимал я, ибо был бесконечно далёк от таких вещей, как расчёты на суперкомпьютерах.
— Ну, это в десятки раз больше, чем у нас в Берлоге, — расплывчато сформулировал взломщик. — Но это в разы меньше, чем нужно для системы «Оракул». Командор, мы ведь не настаивали на использовании всей машины! Мы просили пятнадцать — двадцать пять процентов, не более! Но два!..
— Вы уже всё подключили, и у вас под рукой технари «трёшки»... — Я не до конца понимал причины ярости и паники.
— Подключили! — фыркнул он. — Хуан, наши порты с подключением просто… Изолировали. Они больше не работают. И для твоего понимания, эта машина занимает целый подземный уровень универа. Огромного здания самого главного универа на Венере. Жидкого азота эта машина жрёт как целый купол. Мне в документации только чтоб понять, что они сделали, месяц разбираться! — Слон не сдержался и вслух выругался. — А местные подчиняются ректору. Их главный яйцеголовый по машине так и сказал: будет приказ — будет подключение. Он не сотрудник спецслужб, у него начальство.
— А ректор? С ним связались? — Зло не брало от кончиков ног до головы только потому, что уже поговорил с Сиреной. Получил прививку.
Пауза. Сопение. Наконец:
— Я пытался, но с ним не соединяют. У меня для такого важного человека лицо некрасивое. Куратор от «трёшки» вышел с ним на связь, ему тот ответил, что минута работы машины стоит миллионы империалов, и никто не будет университету их компенсировать. Они выполняют вычисления на заказ, и мы им должны спасибо сказать, что вообще пустили. Моя задница чует, вчера они испугались окрика силовиков и совбеза и дали отмашку, но ночью им ввалили заказчики, и заказчиков они боятся больше, чем нас. Кто заказчик — не спрашивай, бро, у меня тут нет допуска, что там считается на этой машине. А если б и был…