— Парни, сеньоры… А может быть ничего не будет? — подал голос Парнас. — Я не говорю, что Хуан плохой. Но может он перестраховывается, дует на воду?
Все гражданские вокруг непроизвольно закивали — все так хотели думать.
— Я был бы счастлив ошибиться, — хмыкнул я. — Но чуйка говорит, что надо быть готовыми.
Пик-пик! — отвлёк сигнал по линии, которую нельзя игнорировать. Первая. И на ней сейчас даже теоретически может быть только один абонент.
— Да? — ответил я, активировав только звук.
— Началось. Кидаю медийку, — произнесла Фрейя. — Заканчивай быстрее, и во дворец. Я отправила в Боливарес конвертоплан. Площадка J-848.
— Понял, скоро буду, — ответил я и рассоединился. Затем вывел на ближайшую стену присланную голограмму.
— …Сотни тысяч фанатиков, покрасив бороды, и волосы — у кого нет бород, в красный цвет, атакуют компактные поселения венериан-вахтовиков на территории Конфедерации. Вы видите кадры боевых столкновений под Гамбургом, где частная охрана посёлка отбивает атаку вооружённых фанатиков. А этот залп из ракетомётов вооружённых сил Конфедерации, которые предупредили, что не допустят использования иностранными рабочими и наёмниками тяжёлой техники на своей территории.
Далее запись с другого канала:
— Завод горит! Все корпуса машиностроительного комплекса в огне. Наш беспилотник снимает вид с километровой высоты, и даже отсюда видно, как внизу, на фоне зарева, вооружённые люди сгоняют невооружённых рабочих к тупику между двумя корпусами. Загоняют, как скот на охоте, попутно расправляясь с теми, кому не повезло. А вот эта группа организовала сопротивление подручными средствами и инструментами — вы видите кадры, как их уничтожают из огнестрельного оружия. А тех, кого загнали между корпусами, бьют различными предметами, стараясь убить руками, хотя мы видим, что у нападающих есть оружие. А это мимо пролетел беспилотник Конфедерации. Напомню, что атака на комплекс «Коричневого карлика» началась с поражения беспилотниками регулярной армии Европейской Конфедерации сил частной военной компании, охраняющих этот завод. На кадрах внизу настоящее мясо, рубилово. Рабочие не сдаются, но без оружия ничего не могут… А те, у кого оказывается оружие, тут же атакуются беспилотниками… Где наше правительство? Где наша доблестная армия, наши ВКС? Почему молчит королева, или кто там сейчас вместо неё?..
И ещё один сюжет:
— …Эвакуация срывается. Только что на наших глазах с орбиты ударил столб света, уничтоживший атаковавший посёлок ракетный комплекс местной регулярной армии. Но мы видим по всему темнеющему вечернему небу трассеры вверх — вся зенитная мощь конфедерации отгоняет силы первой эскадры, что смогли прийти на помощь Браге. За моей спиной солдаты прикрывают погрузку людей на шлюпки и катера, и пока работают зенитки, возможно, катера успеют увезти большую часть местных рабочих. Но транспортов не хватит на всех. Хозяева не позаботились о них, плевав ради прибылей на меры безопасности собственного персонала. Теперь мы будем расплачиваться за это. Наша съёмочная группа остаётся, мы будем вести репортаж до последнего, пока не… Что? — спросил мужчина, говоривший до этого в камеру. Камера повернулась… Чтобы запечатлеть ракетный удар по позициям защищающих периметр городка. Брага — это наш рабочий городок в Португалии. Взрывы. Ещё один росчерк по направлению к ведущим погрузку шлюпкам, взрыв где-то совсем рядом… И камеру снесло, конец картинки.
Я деактивировал голограмму и перевёл взгляд на военных и фанатов футбола. Выдержал долгую паузу. Картинно усмехнулся.
— Сеньоры, они начали. Там — затравочка. Продолжат — здесь. Не сегодня — так завтра или послезавтра. Если я вам так не нравлюсь, если вы так сильно ненавидите Веласкесов — бога ради. Не претендую ни на чью любовь. Я просто сейчас уезжаю. А вы остаётесь. И мой вам совет — обговорите друг с другом все скользкие организационные моменты, как вы будете взаимодействовать, когда рванёт в Альфе. Как видите, там нас атакуют регулярные войска Конфедерации. Здесь будут спящие ячейки диверсантов Союза. Думайте, сеньоры. Сеньор Моралес! — козырнул я бригадному генералу и пошёл к машине.
— Площадка J-848! — бросил Снежке, которая сегодня меня опекала. — Машину, наверное, придётся бросить.