Оглядел массовку. Брифинг проводим по соседству с ЦПУ, в зале ожидания грузового терминала — тут и такие есть. Всё давно заброшено, не работает, но это помещение под склад не использовали, так что выбор у нас не особо богат. Народ молчал. У кого-то ноздри расширились в приступе боли и сочувствия, сопереживания. Кто-то был явно недоволен, его корёжило, что получилось ТАК. А кто-то откровенно злорадствовал. Что ж, разве могло быть иначе, все люди разные.
— Не снимая с себя вины, хочу заметить, что причиной провала спецоперации Антитеррора стал вот этот репортаж, — перешёл я ко второму акту трагикомедии. — Пожалуйста, прошу. — Это стоявшим наготове представителям третьего управления. Которые вынесли вперёд какой-то свой хитрый прибор и закрутили голограмму в высоком качестве, где пухлый техник космодрома делился наблюдениями о наших приготовлениях. — Как видите, — это снова массовке, — в нашем провале есть доля вины человека, «слившего» врагу наши планы. И самое смешное в этой ситуации то, что сделал он это не по приказу вражеской разведки, не за деньги какого-нибудь венерианского клана-предателя. Нет, он это сделал потому, что… Придурок! Просто придурок! Который живёт в мире, где пасутся единороги, летают феи и всё разноцветно от радуги. Где не берут заложников, не убивают людей, где бандиты не насилуют и не уродуют попавших в их руки наших сограждан. В мире, в котором совершенно не нужно понимать, что на планете идёт ВОЙНА. Широкомасштабная, одновременно и с внешним врагом, и с продавшимся ему родными мятежными аристократами. Что ж, это наверно здорово жить в таком счастливом мире, я честно человеку завидую… — Горько, на камеру, усмехнулся. — Однако я живу в реальном мире. Как и все вы, кто сейчас нас смотрит и слушает. А в реальном мире деяние этого человека называется «измена Родине». Государственное преступление, которое карается смертной казнью.
Ввиду того, что вина его доказана и сомнению не подлежит, а также ввиду того, что этот человек не работает на спецслужбы врагов и не представляет в связи с этим интереса, по законам военного времени приговор за его преступление приводится в исполнение немедленно. Прошу.
А вот тут надо быть предельно точным в формулировках. Я не ВЫНОШУ приговор. Я его ИСПОЛНЯЮ. Что, суд должен приговорить? Уважаемые, преступление доказано, а время военное! Некогда нам ждать суда — когда он ещё будет! Что, кормить его до суда за деньги налогоплательщиков? Ща-аз! Пока в городе войска, и в отдельных районах стреляют, я могу себе позволить не ждать трибунала над подобным преступником, и подчеркну, только ввиду того, что его вина не подлежит сомнению. А кому мой поступок не нравится… Я не Бенджамин Франклин, чтобы всем нравиться. (1)
Беня Франклин изображён на стодолларовой купюре. Ни разу не президент, но личность выдающаяся — учёный, общественный и политический деятель, и, по субъективному мнению автора, самый достойный человек из всех личностей, изображённых на купюрах Эстадос Юнидос. Автор понимает, что в XXVвеке мало кто будет помнить про этого человека и эти бумажки, но сильно подозреваю, что похожий оборот в фольклорных выражениях с поправкой на свою эпоху должен быть в любой стране в любое время.
По моему сигналу девчонкам, ждавшим в соседнем помещении с техником, передали информацию, что пора, и они пошли. Ввели собственно техника, подведя поближе. Тот было пытался орать и сопротивляться, но у Мии с Розой не забалуешь. Дочери единорога надели маски-балаклавы, и теперь понимаю, почему палачи прятали голову, но кто хорошо девчонок знает — поймёт. Маркиза с автокошкой в руке вышла вперёд, подняла прибор прямо вверх перед собой и выстрелила. Примерно такими же мы шпилили шестерых придурков к козырьку здания суда миллион лет назад, в начале весны. Выстрел патрона посылает вперёд снаряд, представляющий собой подобие анкера. Головка снаряда острая, с минимальным сопротивлением, легко и с силой входит в бетонную или каменную поверхность, снаряд застревает в ней, хвостовик же снаряда продолжает движение и давит на головку, из которой в стороны выдвигаются распорки, намертво закрепляющие конструкцию внутри. И даже при натяжении троса, прикрепленного к хвостовику, распорки остаются на месте — вытащить этот снаряд тот ещё квест.