— Я-а-а-а… Но-о-о-о-о…
Хорошо быть молодым! Двадцать лет, гормоны так и прут. И можно двух девчонок подряд почти без остановки — сил хватает. А бандюки и аристократы своё всё равно получат.
Оцепление. Третье кольцо. А есть и четвёртое, пятое, шестое — несколько взводов ополчения на разных контрольных точках, начиная от въезда в район, затем в купол, и далее по куполу. Фрейя людей выделила, Гарсия (она сейчас здесь «рулила», не Алиса, высший приоритет, личный контроль главы государства) их грамотно расставила. Складской комплекс, заточенный под арендаторов — просто грузовые терминалы, где можно на время «скинуть» товар, где редко спрашивают, что у тебя там. Всех лишних людей с территории комплекса уже убрали, люди в основном повозмущались, но подчинились, но были и эксцессы. В частности в одной из секций открытой контейнерной площадки по соседству с нами что-то запрещённое обнаружили. Некие бандюки незаконный товар держали, не наши клиенты. Пережидали аврал и войну в городе, наверное. Не разобравшись, открыли по ополченцам огонь, не на тех нарвались, схлопотали в ответ залп из ручных ракетниц, двое двухсотых с их стороны. После доклада старшего, я вызвал Алису, чтоб подключила своих людей — разобраться, что за фрукты, но только после того, как тут всё закончит команда Алекса. Да-да, те контейнеры на открытой площадке стоят до сих пор, и мы без понятия, что бандюки там прятали, и даже ни разу не интересно.
Кто тут работает от нашей «конторы»? Ну, кроме всевозможных колец охраны и собственно оперов? Сотрудники атомнадзора — а кто ещё? Суровые парни в скафах РХБЗ, снующие с деловым видом, не умеющие улыбаться. Их скафы отличаются от наших стандартных — стандартные рассчитаны только на ультрафиолет. Ну и, соответственно, альфа и бета частицы, но от тех и простой лист бумаги прекрасно защитит. А вот живительная гамма или рентген прошивают наш стандартный скаф только так. Рентген похуже гаммы, но всё равно прошивает. А в РХБЗ-скафе солидный слой свинца — на все случаи жизни подойдёт. А ещё благодаря хитрым механическим приводам, в случае ЭМИ, выжигающего электронику, они смогут быстро двигаться, пусть и не так как сейчас, а мы в боевых — нет.
Специалисты в количестве примерно десятка человек, в сопровождении держащихся чуть далее бойцов охраны, сновали по комплексу, делая различные замеры, и судя по лицам и отсутствию напряжения в движениях — радиации нет. А для них это самый важный показатель. Пройдя все точки контроля, я подошёл, и, сняв дыхательную маску спросил у того, кто казался условно главным:
— Ну и что здесь?
Он внимательно оглядел мою охрану — приличная свита, кивнул и отчитался:
— Белый кристаллический порошок, не радиоактивен. Лёгкий. Сейчас изымается для анализа, обследуются все помещения. Подозрения на гидрид щелочного металла в расчёт приняли, навскидку, судя по весу, подходит, это вероятно. В остальном только анализ даст точный ответ, всё, что озвучу сейчас — лишь предположения.
— Наберите мне пару пробирок с образцами. Лучше три. У вас же есть запасные пробирки?
Яйцеголовый напрягся.
— Сеньор, не положено. Это образец с подозрением на…
— Сделайте завес, сколько весят образцы, которые предоставляете, чтобы было отражено в общей отчётности, и БЫСТРО МНЕ ОБРАЗЦЫ, пока не приказал кинуть в камеру для выяснения, на какую разведку работаете, сеньор. Есть вопросы?
Круто. Они не привыкли, чтоб с ними вот-так, «по-взрослому». Сеньора передёрнуло, он вжал голову в плечи.
— Сеньор Веласкес, у меня инструкции и начальство… Но я понимаю, что это вы отдаёте приказы моему руководству. И… Прошу указать, что я выполнял ваш прямой приказ, как спецпредставителя главы государства.
— Где указать?
— В накладной. О передачи особо опасного груза.
— Вы же до результатов анализа не знаете, что он особо опасный? — Я улыбнулся.
— Мы предполагаем. Специфика работы — предполагать худшее, — ни тени улыбки на лице в ответ. — Пока не поступит отбой из лаборатории, мы по умолчанию считаем, что образцы — особо опасны.
— Зерно истины есть! — усмехнулся я. — Конечно, оставлю комментарий в накладной.
— И номер приказа о вашем назначении.
— Разумеется.
Как у них всё строго! Но буду объективен, без проволочек. Груз, несмотря на то, что особо опасный и ещё не изъят, не пересчитан (как раз в процессе), но на аналитических весах уже сделали три навески, кои закупорили в специализированных «атомных» герметичных пробирках. Надо ли говорить, что на территории рядом с ящиками и чемоданами с грузом была отключена циркуляция воздуха, и дышали все только через замкнутую систему костюма РХБЗ. Меня не подпустили близко, смотрел на действо с расстояния не менее полусотни метров, и стоял в дыхательной маске, как и сопровождающие.