— Мудрое решение! — уважительно склонил голову капитан.
— Когда сможете погрузить и подготовить к вывозу МОИ вещи? — Она нахмурилась.
— В течение суток погрузим. — Капитан улыбался. — По доставке — не скажу, с таким способом протащить технику не встречался. Если не будет проволочек из-за человеческого фактора, плюс сутки-двое.
— Устраивает. Грузите всё. И перекидывайте личный состав. Не сразу, партиями, увольнительные, там, дайте массовые, в вязи с успешным выполнением чего-то важного. Чтобы не сильно бросалось в глаза.
— Есть, ваше высочество! — в кресле вытянулся капитан.
— Тогда давайте перейдём к контракту, и сразу сделайте договор на покупку у вас ЛИЧНЫХ ВЕЩЕЙ, — со смешком выделила она это слово. — Предусмотрите пункт о разрыве договора — как всё сделаем, я их верну назад, без санкций. Надеюсь, примете?
— Обижаете, сеньорита!
Июль 2449, о. Маргарита, Венесуэла, ЮАИ. Императорский дворец.
— О, а вот и девочек из карантина выпустили! — воскликнула Гор, когда они вылезли из конвертоплана и двигались к гостевой резиденции, в которой официально остановилась её императорское высочество Гортензия де Росарио, графиня Кумана, на Земле. Да, Фернандо пошёл на такой беспрецедентный шаг — поселить одиозную для матери сестру рядом, на Маргарите. Пусть все понимали, что жить она будет или у Мерседес, или у мамы в Аргентине, но всё же и это был плевок ей в лицо, и одновременно прогиб с целью завоевать у Цветочка чуть больше доверия.
Девочки вышли навстречу не все, шестеро. Мерседес, увидев их, кинулась обниматься. На что Гортензия стояла и смотрела с умилением и лёгкой завистью. Она тоже МОГЛА быть среди них. А могла и не быть. А могла и сестра не быть. Если бы они обе улетели на Венеру, не факт, что оказались бы в застенках корпуса. Не факт, что так безбашенно бы куролесили перед этим, ибо её по сути предательство стало в том числе причиной такого дикого отрыва её любимой Мерчи, лишившейся последнего близкого человека.
— А ты что тут делаешь? — недоумённый взгляд Мерседес на главу их опергруппы. Да, наверное теперь «их», а не «её» — девочки собирались быть вместе, а Мерседес кухню знает лучше, и лучше ангелов организует.
— А почему бы и нет? — ответила Мелисса, которую за время полёта Гор зауважала. Девчонка как из камня сделана. Или из стали. При этом рассудительная, и немного интриганка. Поцапалась с чуть более старшей товаркой, главой другого взвода. На взгляд которой то, что она — хранитель ничего не значит. Но смогла её задавить, и девочки признали её неформальным лидером, что в отсутствии приказа о лидере формальном куда важнее. И дело не только в том, что хранители круче, там, по мнению Гор, сугубо личный фактор.
На голову ниже Мерчи, но по сравнению с остальными роста среднего, каштановые волосы и европейские черты лица. Латинские, но латино-европейские, без откровенно индейской и негроидной составляющей. Брутальная — бицепцы открыто играли, ибо одеты по тропической жаре девочки были в форменные майки цвета хаки. Кстати, сексуально, и за пределами туристических зон даже в Венесуэле им лучше так не ходить. Местные не поймут, пристанут, собирай потом трупы! Без оружия — видимо, не дали — но зато с большим ножом на поясе. Зря, Гор знала, как ангелы умело играются «холодняком». Таким и огнестрел не нужен. Но, видимо, это дань уважения: «Да, безоружны, но так надо, не потому, что мы вас притесняем; просто это другая страна и другая территория; вот вам за понимание хотя бы ножички».
— Что такое? — подошла она поближе. — Что-то не так?
— Это взвод моей любимой кузины Фрейи, — изошлась ядом Мерседес, но яд был направлен не на девочек, а на кузину. — Как она могла расстаться с личными хранителями?
— Ну, как я поняла, всё настолько второпях решалось, — подленько усмехнулась Мелисса, — что у неё не особо был выбор. Кто был под рукой — того и отправила. Если б королева прознала — прекратила бы безобразие, требовалось улететь за считанные часы, без подготовки.
— А вам слишком хотелось на Земле побывать, — закончила за неё Мерседес, — чтобы отказаться и доложиться по инстанции.
Обе рассмеялись.
— Ну, поздравляю! С прилётом! — воскликнула Мерседес. — Как, не сильно тяжко?
— Тяжко, — ответила другая из подошедших. — Но мы тренированные. Выдержим.