— Хуан, так не делается… — стонал позавчера Максвелл, заехавший ко мне во дворец, чтобы выработать позицию, стратегию на эти переговоры. — Дипломаты изначально озвучивают заведомо неприемлемые условия, с обеих сторон. После чего подтягивают свои хотелки под реалии, взаимно уступая. И соревнование идёт в том, кто кого передавит на достаточно широком поле мест, где они могут уступить. Ты же изначально вскрыл свои карты, озвучил, что хочешь в самом конце. И теперь они будут подтягивать консенсусное решение вверх, в свою пользу, пытаясь прогнуть тебя. Что б тебе было не запросить больше?
— Я не дипломат, Доминик, — покачал я головой. — Я силовик. И привык именно что прогибать.
— Зачем я на это подписался!… — Вздох. — Ладно, будем спасать планету, раз ты допустил такую фатальную ошибку. Куда ж нам деваться…
Так себе спасательная операция получилась. Но по крайней мере они его не прогнули, Максвелл извивался, как уж на сковородке. А я вдруг понял, какую допустил ошибку. Нет-нет, вскрытие карт Тафту не считается, это не ошибка с моей точки зрения, как бы Доминику с его колокольни ни виделось. Я про ту, на которую указывал Борхесу, за которую лично дедулю арестовал в кабинете королевы. Я вдруг понял, что англосаксы не уступят, кого бы сюда ни привёл. Сенеку, Цицерона, кто у нас там великие ораторы? Шарль Морис Талейан и тот не сделает большего. Потому, что сюда надо не оратора, не дипломата. А… Силовика. Цезаря. Ибо дипломаты садятся за стол переговоров тогда, когда война исчерпана силами армий и флота. Если же солдаты ещё стреляют, если ракеты рвутся, и нет понимания, кто победит — дипломаты бессильны. Да, мы раздемократили их мосты через ключевые реки и Великие Озёра. Да, мы жахнули по их морским портам. И даже жилые районы Чикаго и Ванкувера чуть зацепили — из мести. Но их аристократия понимает, что ничего не потеряет, если упрётся. Ибо нам надо с Канадой что-то серьёзно решать — полноценную войну не потянем, они устроят нам на поверхности такую партизанщину, что мало не покажется. Да, мы знаем, что они продались Империи и готовятся уйти в её сферу влияния, но это знаем МЫ, на верхнем этаже. На нижнем же всё выглядит совсем не так, и мы будем не просто агрессорами в глазах простых канадцев, а… Предателями? Да, предателями. Исчадиями ада. А что хуже, так будет считать всё мировое сообщество, включая пока что лояльных к нам, несмотря ни на что, русских. Мы не сможем покорить Канаду, не станем вводить на её поверхность силы вторжения, но и оставлять её в тылу, за спиной, перед вторжением в Европу тоже нельзя. А значит что? Правильно, они, ничего не теряя, будут выкручивать руки, и в итоге выторгуют себе… Да всё, что нужно! Включая извинения с нашей стороны и восстановление их экономики за наш счёт.
— Сеньоры, прошу прощения! — вклинился я в их разговор. — Я, как вы прекрасно знаете, не дипломат. Я больше силовик. — Улыбнуться им обворожительной улыбкой, от которой вампиры каменеют. Сеньоры поняли правильно, концерт окончен, и напряглись. — И как не дипломат, вижу, что вы мусолите одно и то же по кругу.
— Сеньор Шимановский, вы просто не понимаете… — И «секретарь» начал мне что-то рассказывать «на пальцах».
— Нет-нет, я всё понимаю! — согласился с ним я. — Вы совершенно правы, всё так и есть. Но давайте посмотрим фактам в глаза. Вы, ваша сторона, пока что не готовы к переговорам. Вы не согласились принять ни одного нашего требования. Хотя эти требования разумны, и были выдвинуты вам в качестве жеста доброй воли, чтобы окончательно не вгонять вас в каменный век. Но вы с мистером Тафтом не хотите слушать голос разума, вновь и вновь пытаясь давить, просто не понимая изменившихся реалий. Вы… — скорчил я мину до зверской и обратился напрямую к «секретарю». — Вы — НИКТО, мистер. Просто никто. Пустое место. Я не лично про вас — дай вам бог здоровья, а про вашу фракцию, ту часть элиты, которую представляете. При этом считаете себя игроками на шахматной доске сверхдержав, пытаясь выбить для себя крохи, чтобы самим себе продемонстрировать правильность оценки. Венера все последние полвека была слишком занята, чтобы отвлекаться на вас, ей проще было заткнуть вашим лидерам рот, заплатив, сколько они говорили. Но сейчас избрана и озвучена в массы иная стратегия, что Венера — хищник, а не «терпила». И теперь даже если нам это будет дороже, если мы потеряем с вами время, даже если из-за этого потерянного времени Конфедерация сможет лучше подготовиться к войне с нами… Даже в этом случае мы не будем спускать вам того, что спускали все наши последние королевы, особенно её величество Лея Первая. Понимаете меня?