— … То есть у нас будет ещё двадцать установок, — кивнула Фрейя, сделав записи в дневнике. Её голос вывел меня из созерцательного раздумья над текущей ситуацией.
— Да, ваше высочество. Технически как бы мы уже готовы начать операцию, но… — Заминка делавшего доклад генерала, косой, но очень беглый взгляд на меня, снова на неё. — … Но наши эксперты считают, что каши маслом не испортишь, чем плотнее будет огонь — тем лучше. Пара дней не сделает погоды в этом вопросе.
— Да, вы правы, пара дней дополнительной подготовки ни на что не повлияют. — Теперь в меня упёрся тяжёлый взгляд главы государства. Я продолжал сидеть с умным видом, дескать, вопрос меня не касается, хотя именно ваш покорный слуга накрутил сеньоров относительно сбережения жизней бойцов и увеличения плотности огня. Все хотят сделать штурм быстрей-быстрей, чтоб поскорей отчитаться об успехе и получить ордена, пока их самих не признали сообщниками, и вместо наград не приласкали иглой пушки Гаусса в череп. Но я молчал, ибо теперь моя очередь притворяться, что «трамвая жду».
— Хорошо, действуйте согласно плану, — разрешила Фрейя. — По космодрому что?
Далее пошёл отчёт другого генерала о нашем лагере для военнопленных, в котором уже более двухсот тысяч согнанных со всей Альфы жителей Востока, Европейской Конфедерации и какая-то часть нашего местного быдла. Кто-то из представителей диаспор перемещению сопротивлялся, где-то даже стреляли, а кто-то наоборот, сбежал туда сам, отдавшись нам в руки под первым же благовидным предлогом, пока их не кончили вооружённые местные. Думаете, только Слон некрасиво с гастерами на своей территории поступил? Ага, щас! Слон просто профессионально их ограбил — имел представление, что надо брать. В других местах их просто били. Где-то убивали. Где-то ещё как. И живьём сжигали, есть случай, хотя на Венере очень мало вещей, способных к горению. Нашли способ, когда надо у людей всё в порядке с фантазией. Так что далеко не всех перемещали силой, и головняк на плечи Союза повесим знатный — столько народу репатриировать!
И тут же следующий вопрос, что главная беда наступит не сразу, а спустя время. Экономика с изоляцией и депортацией рабсилы, и с запретом на ввоз новых контингентов, лишится большого числа рабочих рук, как правило на самых неприхотливых и малооплачиваемых должностях. Нет-нет, не думайте, я видел, сколько там дерьма среди диаспор — количество производства контрафакта, производство наркотиков, бандитизм… Многие были банально не учтены, у огромного числа представителей Востока оказались просрочены документы пребывания… Но были же и реально честные работяги, вкалывающие за лучшую жизнь. И с учётом того, что завтра на Землю полетят мобилизованные на грядущую войну, и рабочих мест освободится ещё больше… М-да. Особо за то, что «нельзя рубить с плеча», топил памятный по первому заседанию Совбеза Фрейи министр связи — он у нас либерально настроенный чел, и сейчас занял место адвоката дьявола вместо Катарины. Но я считаю, всё же лучше так, чем терпеть мину замедленного действия, которая между прочим уже рванула, правда, на минималках, фальстарт. Через пару лет, когда сеньоры бы более основательно подготовились, мы бы в городе так легко не справились.