— Если будет приказ… Разрешение… — попытался за всех ответить глава генштаба, — … То да, мы готовы ровнять из города с землёй. Тогда потери будут существенно меньше.
— Так чего городим огород? — повернулся к Фрейе. — У нас есть безработные. У нас есть неприкосновенный «не на глупости» военный бюджет. И есть толпа отчаявшихся, потерявших работу людей. Кого-то призовём, кого-то купим, но всем установим равный оклад, плюс надбавки за выслугу и звание, и народ потянется. Главное не давить силой — исключительно экономическими мерами. Практика показала, народ на Венере боевитый.
— Это здравое предложение, Хуан, — уважительно кивнул сеньор Серхио. — Давай обсудим.
Всё, «топор войны зарыт, давай работать». Я не против.
— Хуан, теперь самое важное. — В кабинете остались я, она, сеньор Серхио и глава генштаба с заместителем. — «Вязьма» и «Чебаркуль» в доках на геостационарке. Наша эскадра заполонила небо и светит теплосбросами на Землю, не давая местным спать, стараясь не пролетать над западом Евразии. И надо принимать решение.
— Сеньор Шимановский, — это зам главы генштаба, — ситуация критическая. После полёта люди должны привыкнуть к Земной гравитации. Даже наши, венериане, страдают от увеличенного «жэ». А там марсиане, для которых увеличение не на десять процентов, а в три раза по сравнению с привычным. Невзирая ни на какие системы скафандров и экзоскелеты, они не смогут принять бой сразу после высадки. Мы уточняли состояние личного состава, оно… Так себе.
— Хуан, перевожу. Мы можем сбросить их на Мадагаскар, но будут большие потери, — пасмурно заявила Фрейя. — Наших я бы рискнула выбросить, но марсианам нужна адаптация.
— Они адаптировались здесь, на Венере, полгода. Разве нет?
— Хуан, ты никогда не был в полёте, — покровительственно заявил сеньор Серхио. — И не понимаешь, как там устроено. Никакие вращающиеся цилиндры на корабле не дадут таких нагрузок, какие они получат на Земле. Мы считаем, что твоя идея с Мадагаскаром хороша, но у нас нет для этого сил. Не надо рисковать этими дивизиями.
— Сеньоры, — это я генералам, — силами Квебекского корпуса мы сможем захватить этот грёбанный остров?
Генералы помялись, но старший ответил:
— Мы провели штабные игры. В целом, слишком много переменных, но ответ — да. При условии, что Империя пропустит через свою территорию, и удар будет внезапный. У нас есть координаты стационарных батарей ПКО острова, подавим, если будем действовать быстро. В случае с облётом Африки через Южный океан так уже не выйдет.
— И мы оголим Канаду, — покачала головой Фрейя. — Хуан, это интересная идея, но мне кажется, это гусарство. Лихачество. Безумие.
— Я обеспечу пролёт над Африкой. — Я сверкнул глазами, ибо не хотел уступать. — Сеньор Серхио, Фрей, сеньоры генералы, я понимаю, что вы все видите во мне романтика-юношу, не нюхавшего пороху, но рассуждающего о глобальном. И этот прожект воспринимаете подростковой дурью. И да, в курсе, что вы готовите крупную войну, не чета постреляшкам в Канаде. Но давайте расширим горизонт? Чкго от нас ждёт противник? А того и ждёт — высадки в Европе. Где мы вначале всех победим, поставим во главе своих прокси, а потом Союз, на пару с Империей (но та в меньшей степени) будет вбухивать миллиарды и триллионы в тамошних фанатиков, которые устроят нам весёлую жизнь с тысячами похоронок. Это победа, но она Пиррова. И перекрыть все границы не сможем.
Помолчал, сделал паузу — для убедительность. Потом вздохнул и продолжил:
— Сунь Цзы в «Искусстве войны» предлагал поступать иначе. Предлагал вначале победить, а только затем выходить воевать. А потому ваш план сразу на выброс, — кивок Фрейе, — и я не хочу оскорбить твою маму и Ноговицына, его разработавшим, просто объективно этот план знает враг. А значит в корне меняем саму стратегию и удивляем врага, чтобы он не смог держаться своего плана.
— Первое и главное — Союз из войны надо выбить. Чтобы не помогал Европе, когда мы там высадимся. И второе и главное — Союз надо наказать за атаку на Альфу. И я предлагаю воспользоваться вторым, как поводом к первому. Объявляем их исчадиями ада, немножко, совсем чуть-чуть бомбим, причём восточную часть страны. У них чёткая дифференциация, Запад — фанатики, против нас, Востоку же всё равно. Так вот именно Восток должен понять, что не надо злить венерианскую львицу — будет плохо. Мы обидчивые.