— Парни, вы все знаете, кто я.
Согласные кивки и комментарии. Некоторые достаточно пошлые, про мою связь с обеими принцессами, но звучало не обидно.
— Для понимания. Сам я — никто. Но делаю вместо её высочества некую работу, за которую её лично не погладят по головке. Но кто-то эту работу всё равно делать должен. Понимаете?
Кивки. И правда понимают. Похоже только я на всей Венере не осознавал, насколько важен мужчина, стоящий за любой из королев, включая будущую. Кем бы он ни был в жизни до этого — главное кем станет рядом с нею.
— И сейчас возникла одна проблема… — продолжил, воодушевившись. — Глобальная проблема. Которую не видно. Люди косвенно осознают её, но не понимают масштабов.
Переглядывания людей друг с другом. И Каррерас в противоположном углу ангара — слушает, хоть и держит дистанцию. Ему самому интересно, что тут будет происходить и как я выкручу.
— Первый ваш не заданный вопрос — почему вы. Отвечаю: у каждого из вас кто-то пострадал или погиб от рук вооружённых диаспор. Я попросил наших военных собрать эдакое уникальное подразделение, в котором будут исключительно предвзятые люди. И эти люди, то есть вы, не должны быть профессиональными военными под присягой.
— Чтобы могли нарушить приказ и отомстить? — хмыкнул усатый метис лет сорока с серым злым взглядом во втором ряду.
— Именно! — воскликнул я. И тяжело вздохнул, пытаясь понять, какую использовать в разговоре стратегию. Ибо как сейчас поставлю задачу — такой и получу результат. Если он будет, конечно. А, была не была!
— Сеньоры, меня называют рупором Веласкесов, — снова продолжил я. — И этот эпитет не лишён основания. Ибо я говорю вместо пресс-секретаря этого клана, и говорю куда более простым и понятным языком. И пока ещё никто не смог сказать, что я кого-то обманул. И сейчас также хочу сказать как есть, не юлить, понравится это кому-то или нет.
— Мы согласны! — Тот же метис. — Кого там надо грохнуть?
Смешки вокруг. Поддерживающие. Тонкий армейский юмор, ага.
— Не так быстро! — вскинул я руку в останавливающем жесте и непроизвольно улыбнулся сам. — Ибо не так всё просто. И для начала я хочу спросить. У нас есть около сотни инспекторов и ответственных чиновников миграционной службы. Под «у нас» имею в виду департамент безопасности, следствие. Уже арестованных, кого взяли в работу, на кого есть железные факты того, что они брали взятки. Немного поясню: они там ВСЕ берут взятки. Но именно их подписи стояли под легализацией камрадов, определённых в городе как лица, державшие оружие.
— То есть вы арестовали только тех, кто легализовывал боевиков, — выкрик из задних рядов.
— Да. Если мы арестуем вообще всех-всех, то парализуем эту службу. И взять новых инспекторов просто неоткуда. Но, к сожалению, несмотря на железобетонность доводов, что они виновны, будущее КАЖДОГО из этих дел туманно. И об этом вам сейчас поведает профессиональный юрист, адвокат Лопес, который как раз и специализируется по такого рода делам. Сеньор адвокат, прошу!..
Сеньор Лопес, которого, как своего знакомого, привлёк к делу, запросив консультацию, вообще не ломался. Как только пояснил ему задачу, вначале дал полную раскладку мне, а после, когда я заявил, что не запомнил столько умных словей, согласился лично выступить перед бойцами.
— … Нет, на этой стадии их адвокаты могут потребовать дополнительную экспертизу…
— … А этот шаг даст ещё одну отсрочку, пока будут поднимать эти дела…
— … Нет, эта комиссия ничего не решает, она обязательно подтвердит факты, но их адвокаты снова потянут время…
— … Нет, суд имеет право не принимать это во внимание. Подразумевается, что суд — отдельная ветвь власти и беспристрастен, а значит может этот факт проигнорировать…
— … Нет, апелляция подаётся не потому, что не нравится приговор, а когда очевидно, что суд нарушил процедуру, предвзято или по недомыслию. И вот как раз тут поле для деятельности — суд может намеренно сделать нечто, к чему после можно прицепиться.
— … Нет, суд высшей инстанции тянет время. Но за это время можно совершить ряд поступков и сфабриковать ряд доказательств, либо отсутствия доказательств. Время, сеньоры военные, очень важно, когда у тебя есть деньги, а шум вокруг неумолимо утекает.
— … Что именно можно придумать? Да много чего. Вот я, например, в своей практике использовал такие приёмы…