Перчатки. Да помню я, помню про безопасность, не нудите! Губки в рот, шлем… Всё, достаточно. Запуск программы. Выход на пружинящий ковёр… И бой!
Ху-ух! Ху-ух! Вжу-у-ух!
Класс! Робот силён. Я ещё никогда не стоял с программой на максимуме. Это для корпусных суперов, к коим ваш слуга ни коим боком не относится. Ибо и в лучшие годы проигрывал, да той же Пауле! Она умничка, но классик, пришла из спорта, и во внутреннем рейтинге данного заведения котировалась так себе. Та же Оливия дала мне от схваток больше опыта, хотя стояли с нею всего пару раз. Так что я не супер, для инструкторов я мальчик. Но сейчас хотелось пляски на грани фола, а может и за гранью, игры со смертью, ибо только она способна спустить пар и прочистить мои мозги. Адреналин — величайшая штука, придуманная природой, давайте поставим ему памятник?
И снова У-ух! И Вжу-ух! Ухожу от ударов. Пытаюсь контратаковать, но не успеваю. «Погружения» достаточно, чтобы просчитать робота, вижу его движения и обманные замахи, но вот тело, мышцы… Мягко говоря, за мыслью не успевают. Словно бык колхозный машу оглоблями, а тело деревянное. Но зато вижу риск, и понимаю, что любой вот такой правильный удар, достигший цели — и я буду мёртвым Хуаном Шимановским. Или покалеченным. Смотря куда попадёт. А потому кружусь, танцую, играю в эту увлекательную игру и задыхаюсь от нахлынувшей эйфории. Наконец я могу ни о чём не думать! Я свободен, словно кондор, парящий над Андами! Ибо я и есть кондор — маленький Веласкес, генетический внук адмирала Филиппа, часть семьи и клана, которого даже не нужно признавать. Ибо легализуюсь и без признания, просто напросто женившись на принцессе. Да, младшей, а точнее средней, если считать её брата (считать надо не принцесс-девочек, а всех детей королевы, так правильно). И всё, я Веласкес, и детям эту фамилию передам в качестве главной. И клан тоже можно так назвать, в пику некоторым дряням, да и чтоб позлились других хороших женщин, постарше (не сомневаюсь, королева вернётся, просто позже). Хуан Скайуокер, блин! Кстати, «разведка» докладывала как-то мельком, что так меня называют в том числе, правда нечасто, не повально.
Эй, а вот это зря. Нельзя думать о глупостях на такой скорости. И рассечённая бровь мне станет напоминанием об этом… На какое-то время. Пока не заживёт. Но ничего, прорвёмся. Я атакую в ответ, и даже достаю робота… Но он оказывается вёртким, и приходится снова уходить в глубокую зад… Защиту.
Фу-ух! Фу-ух! Снова получаю, отхватываю по касательной и отступаю. Андроид не отпускает, догоняет и опять навязывает бой. Я больше не думаю ни о чём — некогда, только защищаюсь. Снова пропуск — а вот это больно! По рёбрам, блин! Моим многострадальным! А вот сюда бить не надо, родной, мне ещё размножаться и размножаться. Единственного ребёнка украл подонок Феррейра, а я ещё хочу детей от других девушек. Да, Фрейи с сего дня нет в этом списке, но конкретно ей мои хотелки больше не интересны, я просто буду отцом её наследников, как бы к этому ни относился. Но вот Изабелле сделаю ребёнка естественным путём, и будет у нас всё просто здорово! Если родится девочка — Евой назову. Ага, в честь той библейской, самой-самой, самой первой. Насчёт мальчика не знаю пока, может, ей как маме на откуп отдам — идей пока нет. А там сеньор Серхио обещал ей остров подарить… Почему б и не рвануть туда, как когда-то обещал? Жить на острове, на Земле, посреди моря, вести туристический бизнес… Свежий йодированный воздух, полезное для детский костей целое земное «жэ»…
Бу-ум! Так, а это опасно. Слишком опасно. Остров будет, только если я выстою и угандошу этого андроида. А сделать это может только та зелёная чешуйчатая тварюшка, что заложена в меня генетически. Ради которой я и пришёл сюда, и поставил самый высокий уровень сложности — чтоб она сагрилась и появилась. Да просто не знаю, как по-другому её вызвать! Но которой всё нет и нет, и незнамо сколько ещё ждать.
Бум! Бум! И блок. Всё, достаточно, приход наступил… И!!!…
Норма, две помощницы и взвод «зелёных» видели самоубийственный поступок Хуана. Вошёл, никому ничего не сказал, глаза пустые. Прошёл мимо, игнорируя всё, что говорят, и выставил бота на максимум. Даже она не выставляет противника на «двенадцать» — боязно. Ограничивается десятью. Было несколько раз, но под контролем коллег, и тогда она была в лучшей форме. То же, что сделал Хуан — форменное самоубийство. Да, в целом держится достойно, пока «вывозит», но против него не знающий что такое усталость и ошибки человек, а неутомимая не ошибающаяся машина, а значит самоубийство.