Для безродной маглокровки это предложение было по-настоящему щедрым. Малфои в качестве сюзеренов открывали мне любые двери в мире магов. А в ответ мне просто было нужно не гадить роду и встать на его защиту в экстренных случаях.
— Я очень ценю ваше предложение лорд Малфой, но не могу его принять, — уверенно ответила я после паузы, взятой на раздумья.
— Вы отказываетесь? — Люциус подавился чаем от неожиданности.
— Я бы очень хотела принять вассалитет, но это убьет нас обоих.
Виде непонимание на лице лорда я встала и подошла к стене, на которой висел родовой гобелен семейства.
— Лорд Малфой, что вы здесь видите? — Спросила я блондина — Указывая на некогда раскидистое дерево, от которого сейчас осталась лишь одна ветвь со скромными тремя листочками на конце. Драко, Элпис и Алейф гласили надписи на листьях идущих от надписи Люциус.
— Генеалогическое дерево нашего рода, — лорд подошел ко мне, пытаясь понять, что же я пытаюсь ему донести.
— Смотрите выше. Видите, возле имени Абракас изображена круглая ягодка с именем Мартин Гойл. Еще выше целая гроздь с фамилиями Крэббов.
— Да, это стандартное обозначение вассалов. Если примете оммаж, вы тоже появитесь на этом гобелене.
— Вот именно! И не только на вашем. Я отображусь на гобелене Блэков, как вашей ближайшей родни. А через них на генеалогических деревьях Поттеров, Лонгботтомов и всех с кем за последние сотни лет и вы и они успели породниться.
— Это сделано для того, чтобы все видели вассалов чужих родов и понимали, что эти люди находятся под защитой сюзерена, — как маленькому ребенку объяснял мне Люциус, начиная раздражаться.
— А как вы думаете, сколько из них донесут на вас Темному лорду, когда через пару лет он возродиться? И как Волдеморт воспримет появление вассала-маглокровки у одного из своих самых близких соратников?
Люциус побледнел, схватился за предплечье и непроизвольно сделал шаг назад. Не знаю, повлияло ли на него произнесение имени Темного лорда, вроде меченным от него больно. Либо же блондин осознал глубину… ситуации, в которую чуть сам себя не загнал.
— Если добавить сюда, что после возрождения он будет на вас зол, смертельно зол, то не удивлюсь, что первым же приказом он потребует моей смерти. Исполните это указание и вас размажет откатом от клятвы вассал-сюзерен. Не исполните — убьет вас сам за неповиновение. Надеяться на пощаду бесполезно. Вряд ли после десяти лет, проведенных за гранью он вернется в мир живых добрым и понимающим. — Продолжила я излагать свои мысли, еще больше пугая главу семейства.
— Так, стоп. — Быстро взял себя в руки блондин. — С чего вы взяли, что Темный лорд скоро вернется? И почему он должен быть зол на мой род?
— Лорд Малфой, напомните, что вы подсунули Джинни Уизли?
Люциус напрягся. О его выходке негласно знали все, но официальных обвинений никто ему не предъявлял и не собирался. Вот только прямо говорить на эту тему — ему не хотелось.
— Дневник Темного лорда, — процедил Малфой. — Но это была лишь безделица, которую мне оставили на хранение. Памятный сувенир без единой записи, я проверял. Не думаю, что его потеря приведет лорда в бешенство.
— Возможно. Но вот потеря крестража, с заключенной в него частью души, точно приведет. Вместо того, чтобы попытаться возродить своего сюзерена, вы своими руками помогли уничтожить бессмертие Волдеморта.
Люциус схватился руками за голову и начал метаться по кабинету. По пути он снес журнальный столик с эклерами, но даже этого не заметил. На звон разбившихся чашек явилась Долли, но увидев состояние хозяина поспешила ретироваться, щелчком пальцев убирая беспорядок.
— Нет, это не мог быть крестраж, — убеждая себя выдал блондин.
— Дамблдор считает иначе.
— Что? — Не понял меня Малфой.
— Я случайно услышала разговор директора с мадам Помфри, когда лечилась из-за взгляда василиска. Профессор сказал медведьме, что на Джинни воздействовал крестраж. А потом… Дамблдор стер ей память. Он ушел и не заметил, что я не сплю.
— Северус как-то говорил мне о вашей нездоровой тяге к подслушиванию, — поддел меня блондин, но быстро вернулся к серьезному тону. — Но раз крестраж уничтожен, Темный лорд не вернется.
— Разве вы единственное доверенное лицо Волдеморта?
— У него есть еще один крестраж, — осенила Люциуса идея.