Блондинка воспользовалась разрешением и поделилась историей о крестражах с хозяином дома. Сириус был в бешенстве. Не от наших тайн, а от ситуации в целом. До сегодняшнего вечера он надеялся, что его друзья отдали свои жизни ради избавления от Волдеморта. Но оказалось, что все эти смерти были впустую. Столь страшную цену они заплатили лишь за временную передышку.
Хозяин дома вызвал Кричера и потребовал принести несколько гриммуаров с информацией о крестражах. Оказалось, что эти раритеты из библиотеки вынести нельзя, поэтому мы все дружно переместились туда. Ничего нового, правда, не узнали. Ритуалы создания осколков души нам были неинтересны, хоть они и присутствовали в архивах Блэков. Чем можно уничтожить эту мерзость мы и так знали.
Единственная польза, выяснили, что максимально возможное количество крестражей — семь. Дальше душа просто распадалась, растворяясь в небытии. Извлечь эту гадость из предметов, не разрушая их, было невозможно.
— И так, что нам известно? — С какой-то дурной веселостью подытожил Сириус. — Тот-Кого-Нельзя-Называть, создал от двух до семи крестражей. Будем исходить из максимального числа и считать, что их семь. Один уничтожен, еще шесть — неизвестно где, предположительно у его соратников. Первая подозреваемая: моя «любимая» кузина Белла. Дом Лестрейнджей сгорел, так что наша добыча скорее всего в ее сейфе. Люциус, ты, как самый доверенный, кого посоветуешь еще в список внести?
— Я уже думал над этим. Не было у Лорда столько доверенных лиц. Повелитель… не отличался доверчивостью, — подбирая слова, произнес блондин. — Я, Беллатриса, возможно, хоть и сомнительно — Нотт. И… твой брат Регулус Блэк, но тоже, едва ли. Вот и весь список тех, кому мог достаться на хранение осколок души.
— Нотт — вряд ли, — озвучила свои мысли Нарцисса. — Не настолько Темный Лорд ему доверял. Да, и поместье у него — новодел, которому всего лет тридцать. Родовое гнездо во время войны разрушили, а у нового дома нет достаточной защиты. Все-таки старые ритуалы были понадежнее, хоть и значительно темнее. И в банке сейф у них практически на верхнем этаже — слабовато.
Поразмыслив, мужчины согласились с леди. Я в обсуждении не участвовала, раздумывая над другой проблемой. Сейчас был неплохой шанс избавиться от медальона Слизерина. Но стоит ли это делать? Принцип: «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда» — я помнила хорошо.
Да, и себя бы не выдать, и так по краю хожу. Но с другой стороны, я и так уже много чего наменяла, уже и не знаю, что здесь от оригинала осталось, и чем все это закончится.
— Если отбросить Нотта, мы опять в тупике Регулус давно исчез. Родовой гобелен отображает его мертвым. Я спрашивал у портрета Вальбурги, она не знает что случилось с ее младшим сыном. — Тем временем продолжил обсуждение Блэк.
— А Кричер? — Решившись, задала вопрос я.
— Что Кричер? — Не понял меня жених.
— Сириус, ты спрашивал Кричера о судьбе Регулуса? Твой эльф последний ныне живой свидетель тех событий. Вдруг он знает, где твой брат спрятал крестраж. Если, конечно, Темный Лорд доверил ему свой осколок души, — пояснила я свою мысль.
Осознав мою идею, Блэк вызвал домовика и устроил ему допрос с пристрастием. Эльф юлил, как мог, но ослушаться прямого приказа хозяина не смел. В итоге, через полчаса стенаний и заламываний рук, домовик все-таки поведал страшную историю гибели Регулуса Блэка и отдал Сириусу медальон Слизерина.
Мы собрались вокруг стола, на котором тускло поблескивал старинный артефакт Салазара со змеей, свернувшейся в виде буквы «S», на крышке. В углу тихо скулил Кричер, оплакивая невыполненный приказ хозяина Регулуса.
— Поттера будем будить или подождем до завтра? — Уточнила я.
Да, за всеми этими событиями, время перевалило за полночь. Но никто этого даже не заметил. Все даже забыли о пропущенном ужине, довольствуясь чаем, который иногда подносил домовик. Не до еды всем было. А Гарри ушел спать еще часа два назад, не понимая смысла наших поздних посиделок.
— Зачем нам Поттер? — Осторожно спросила Нарцисса. — Может не стоит еще и его посвящать в эту тайну?
— Кричер сказал, что за двенадцать лет он так и не смог открыть медальон. Слизерин же змееустом был. И Волдеморт тоже. Подозреваю, что мы ничего не сможем сделать без того, кто говорит на серпентарго. Из моих знакомых змеиный язык знает только Гарри. У вас есть другие варианты? — Подбирая слова, сформулировала я свою идею.