— То вы просто не к тем эльфам обращались, — уверенно заявила я, проказливо скорчив рожицу. Ответить Майк не успел, потому что я забежала в свою спальню.
В школе про Поттера все забыли. Через день в Хогвартс вернулся Дамблдор в директорском статусе, чем перетянул все внимание на себя. Студенты с одной стороны радовались возвращению старика, а с другой — его обугленная рука вызывала у понимающих трепетный ужас.
— Я за вами скучал, надеюсь, что и вы за мной успели соскучиться, — хитро улыбался в глава «Ордена Феникса», поблескивая очками-половинками.
А когда Альбус объявил, что Амбридж больше не вернется, а все ее декреты и «Инспекционная дружина» упразднены — всем стало резко не до Гарри.
Радости от того что Хагрид и Треллони вернулись на места преподавателей было меньше. Все-таки профессор Грабли-Дерг читала свой предмет лучше. Да, и кентавр в роли учителя больше нравился студентам, чем Стрекоза под вечными парами хереса. Но спорить с Дамблдором никто не стал, тем более, что учебный год уже закончился.
Утром от Поттера пришло ответное письмо, в котором он то ли благодарил за пирожки, то ли обвинял меня и Блэка в покушении на свою жизнь, уверяя что из-за нас умрет от обжорства. Я же прощалась с Хогвартсом, понимая, что сюда больше не вернусь. Обошла школьный двор, прогулялась к озеру и даже зашла в свое старое убежище за теплицами. В моем первом логове неожиданно обнаружился Малфой.
— Так и знал, что тебя здесь найду, — самодовольно заявил блондин. Я же от удивления даже ответа не нашла. Вот же везучий змееныш. Даже не помню, когда я последний раз здесь появлялась, а меня тут ждут, оказывается.
— Неделю назад я хотел тебя убить, — совершенно серьезно и как-то обыденно заявил Драко. А увидев мои выпученные глаза, пояснил. — Ты настояла на том, чтобы отец любыми способами избегал Зала Пророчеств. А Повелитель требовал, чтобы операцией в Отдел Тайн руководил именно Люциус.
— Лорд Малфой специально заразился Драконьей Оспой? — Догадалась я.
— Да, Гермиона. Отец купил в Лютном специальный порошок, который нужно было вдохнуть. Вернее «обсыпать своего обидчика», как сказал Горбин. Но что-то пошло не так и вместо легкой формы, папа получил самую тяжелую. Он три дня вообще не приходил в себя и Сметвик не давал никаких гарантий. Даже намекал, что надо готовиться к самому худшему. Я честно признаюсь, что хотел тебя прибить за тот совет. Даже зная, что меня в ответ размажет клятва, которую мы всей семьей тебе давали. Удержался только из-за матери, она бы не перенесла сразу две наши смерти.
Признание блондина стало для меня полным шоком. Оказывается, пока я мирно готовилась к экзаменам и переживала за Гарри, сама чуть не умерла. От неожиданности села на траву там, где стояла. Драко тут же опустился рядом, в отличие от меня, наколдовав под собой подстилку.
— Теперь можешь не опасаться, — успокоил меня слизеринец. — Два дня назад отец пришел в себя и теперь с ним точно все будет хорошо. Сметвик обещал. Конечно, придется поваляться в Мунго еще пару недель, но так даже лучше. Гойл говорил, что Темный Лорд сейчас в бешенстве. Провал в Зале Пророчеств, арест Беллы и остальных — вывели Повелителя из себя. ПС-ы сейчас стараются ему на глаза не попадаться, потому что «Круциатус» можно схватить даже за простое приветствие или недостаточно глубокий поклон.
Все-таки не зря я никогда до конца не доверяла Малфоям. Есть в них что-то скользкое… змеиное. Или это наоборот, фанатичная преданность роду. Я натянула на лицо улыбку, делая вид, что все нормально. Подумаешь, убить меня хотел… с кем не бывает?
— Я, кстати, вот чего тебя искал. Гермиона, у тебя случайно нет еще пары советов? Мы ж почти родня.
От такой наглости у меня натурально челюсть упала. Очень хотелось послать этого «родственничка», но я пересилила себя, и стараясь говорить не совсем уж сквозь зубы, процедила:
— Помнишь, мы как-то змею Волдеморта обсуждали? — Я сделала паузу и, лишь дождавшись кивка от Драко, продолжила. — Это и был совет.
Мой ответ Малфенышу не понравился. Видимо он ожидал от меня каких-то откровений, способных решить все его проблемы ударом левой пятки. Блондин попробовал надавить, потом резко сменил тактику и начал льстить. Когда же понял, что и этот маневр не помог, стал откровенно канючить и давить на жалость.
— Паяц, — припечатала я, разгадав очередную манипуляцию.
— Я должен был попытаться, — уже серьезным тоном ответил будущий лорд. — Может все-таки дашь реальный совет?