— Так я же клятву о неразглашении дал? — Удивленно ответил Поттер и выразительно показал взглядом на Хунгана.
Главный жрец Вуду довольно лыбился и был явно горд собой. Во-первых, пусть и не идеально, но справился со столь сложным ритуалом. А во-вторых, успел просчитать противника и заранее подстраховаться, сохранив свои тайны.
Невыразимцы отстали от очкарика и переключились на Хунгана. А мы, воспользовавшись моментом, таки сбежали на Гриммо, предварительно уточнив у Сметвика, не причинит ли наш побег вреда Гарри. Главный целитель Мунго разрешение на отбытие дал, сказав, что жертва ритуала на удивление в норме. Слабость и пустой резерв не в счет. Пара укрепляющих и восстанавливающих зелий и будет, как новенький.
Блэк пообещал явиться завтра в Мунго на повторный осмотр, забрал у Гиппократа флаконы с зельями и мы наконец-то вернулись домой. За окном занимался рассвет.
— По кроватям. Все завтра, — скомандовал Сириус. А мы и не сопротивлялись. Я очень устала, а Поттер вообще непонятно каким чудом на ногах стоял. Он даже флаконы чуть не уронил, когда их крестный ему передавал. А еще ловец.
2
Проснулась я к обеду. К этому времени мужская половина дома уже успела смотаться к колдомедику и убедиться, что с Гарри все нормально. Почти. Истощение оказалось сильнее, чем ожидалось. Двукратный прием зелий вообще не помог. Поэтому жертве ритуала восстанавливающие и укрепляющие назначили целым курсом, плюс на ближайший месяц запретили колдовать. Полностью. Блэк даже палочку из остролиста у крестника отобрал и запер ее в своем сейфе.
— Чтоб соблазна не было, — отрезал Сириус.
Но очкарик и не возражал. Он понимал, что при малейшей неосторожности может остаться сквибом. А забывшись можно колдануть на автомате. Ведь магия в нашей жизни сейчас слишком обыденна и привычна. Взмахнуть палочкой, как нос почесать — жест такой же будничный и незаметный.
— Нам-то ты можешь, хоть что-то о ритуале рассказать? — Проявила любопытство я.
— Если только в общих чертах, — с сомнением протянул Поттер.
— Ну, расскажи, что сможешь. Как это было, Гарри? Я же ничего не знаю, Сириус в письмах почти ничего не писал.
— Там и писать особо нечего было, — встал на защиту крестного очкарик. — Его же ко мне не пускали. А даже если б и пускали, то особого разнообразия он бы не увидел. Я три месяца только постился, медитировал и очищал сознание. О чем я только не передумал от одиночества. Не поверишь, даже задачи по трансфигурации от скуки в уме считал, — грустно усмехнулся Поттер.
— А про Сьюзен хоть вспоминал? — Напомнила я герою, что у него вообще-то девушка есть. Почти невеста. От моего вопроса, щеки жертвы ритуала почему-то покраснели.
— Вспоминал, — признался он. — Но я верил, что ты ей точно все объяснишь. И, как видишь, не ошибся.
— Спасибо, за доверие, — отрапортовала я. — Но ты не отвлекайся, продолжай.
— Последние три дня перед ритуалом меня вообще не кормили и спать не давали. Хунган сказал, что я должен максимально близко подойти к миру мертвых. Так что я сутками медитировал, проваливаясь куда-то… Даже не знаю, как это объяснить. Там темно, холодно, туманно и… очень пусто.
— Странно, я думала, ты будешь, как бы биться в своем сознании с осколком души Волдеморта. Была уверена, что жрецы тебя наоборот максимально усилят для этого внутреннего сражения. А они тебя… почти убили.
— Я и бился, только все это было на грани между миром живых и миром мертвых. Мы с Томом пытались вытолкнуть друг друга туда… в небытие. И у меня получилось. Вернее мы упали туда оба. В темноту и пустоту. Но я смог выбраться, услышал, как ты меня зовешь и пошел на голос. Это было трудно, как в киселе. Я вообще не понимал туда ли иду.
— Как же ты справился? — Со слезами на глазах спросила я. Мне стало очень жаль этого мальчишку, который расплачивается за ошибки взрослых.
— Как ни странно, помогло то, что ты меня головой об пол приложила. Как-то сразу в мозгах прояснилось от боли. Раз чувствую, значит живу, что-то такое было у древнего мыслителя.
— Вообще-то Декарт говорил «Cōgitō ergō sum» или «Я мыслю, следовательно существую».
— Гермиона, я скучал по твоему занудству, — трогательно сказал Поттер.
— Я тоже по тебе скучала, — обнимая очкарика, ответила я.
— А по мне? — Шутливо возмутился Блэк.