— Я больше переживаю за то, чтобы не «плюнуть» кому-нибудь в голову сундуком, — огрызнулась мандражирующая японка.
Сама того не желая, Эльза подкинула Бонаккорду новую тему для глупых шуток. Теперь француз самозабвенно выяснял, при падении сундука за что наказание будет сильнее: за потерянные и испорченные вещи младшекурсников или же за пострадавшего, «поймавшего» этот груз своей тушкой?
Закончилось все тем, что Сато настучала Миху по макушке учебником травологии. И в очередной раз обидевшись, сбежала от нашей компании.
День отбытия из Ильверморни вышел суматошным. Преподаватели суетились отделяя старшекурсников от младших курсов. Детвора упорно не хотела выстраиваться в скучную очередь к камину, когда в школьном дворе готовилось отбытие ковролетов.
Большую часть старших учеников тоже отправили, но уже на метлах, чтоб и они не создавали столпотворение. Я же, как и еще несколько студентов, была задействована в загрузке, поэтому осталась.
— «Вингардиум Левиоса»! — Раз за разом я произносила заклинание левитации, и очередной сундук перемещался в указанное место на ковре. А мой напарник закреплял багаж какой-то хитрой вариацией «Инкарцеро».
Руководили загрузкой Акита Рэн лично и Айдын-оглы, то и дело внося корректировки. Но, чем больше вещей оказывалось на своих местах, тем отчетливее я понимала, что хитрый турок надурил руководство школы. Минимум два ковра были лишними, на них попросту нечего было грузить. Понял это и директор, но турецкий представитель отмел все претензии:
— Это же запасной транспорт! — Эмоционально доказывал Айдын-оглы. — Вдруг студентов больше поступит! Или они вещей больше возьмут! А может испортится какой-нибудь из ковров и нужна будет замена!
— Школа у нас не безразмерная, количество учеников и багажа строго оговорено, — сквозь зубы цедил в ответ директор Рэн. — И что значит «испортится»? Вы же давали пятьдесят лет гарантии на свой товар.
— Я давал гарантию на летные качества, а за полвека ковры можно пропалить, порвать, затопить. Может их вообще через год моль сожрет! На моль гарантия не распространяется.
Перепалка шла минут двадцать. Акита пытался вернуть два лишних и довольно дорогих ковролета, поясняя, что попечительский совет будет не рад «запасным» тратам, а турок упорно отказывался принимать б/у ковры обратно. При этом Айдын-оглы «совершенно случайно» прихватил с собой договор, которым сейчас активно размахивал.
— Вот, читайте пункт 4.7. Тут четко прописано: «Товар надлежащего качества возврату не подлежит», — вещал ушлый торговец.
Лишние ковролеты вернуть не удалось. Не помогло даже обещание испепелить наглого турка. Так что пришлось перераспределять багаж, чтобы все летные средства были задействованы.
— Вам же и лучше, — гнул свою линию продавец. — Пилоты у вас неопытные, им управлять легче будет.
Директор Рэн был даже в чем-то согласен с аргументами продавца. Но в то же время понимал, что с него спросят за лишние траты. А с учетом недавнего скандала с животными, школа сейчас и так была под подозрением. В каждом «чихе» искали махинации и превышение полномочий.
Шиллану, кстати, присудили семь лет тюрьмы, а остальным соучастникам — по пять. Было бы больше, но Смит не смог доказать убийства редких магических существ. Свидетельств этого не было, так что пришлось ограничиваться только жестоким обращением, незаконным оборотом зелий и ингредиентов, а также общей угрозой ученикам.
Пользуясь малой загруженностью, я и свой багаж пристроила на ковролет Миха. Хотела и сама туда усесться, но не дал Айдын-оглы.
— На перевозку пассажиров требуется лицензия, — заявил этот гад.
Я попыталась прикинуться вторым пилотом, но турок остался непреклонен. Так что пришлось привычно седлать метлу и уже с нее наблюдать, как в небо медленно, словно стая левиафанов, выползает клин груженых ковролетов.
К тому моменту, как мы добрались до Брейнтонвилла, уже почти все младшекурсники успели переместиться камином из школы. И сейчас они столпились поглазеть на наше приземление. Сопровождающим преподавателям даже пришлось разгонять особо ретивых, чтобы освободить на земле место.
Толкучку я никогда не любила, поэтому спешно попрощавшись с Михом и Сато, схватила свой сундук и сбежала подальше от центра города. Был там один удобный закуток, из которого удобно переноситься портключом. Вот только я не учла, что сегодня, приглянувшееся мне место будет занято. Там стояла кучка ожидающих родителей, поджидающих своих чад. Страждущие бабушки и отцы семейства не собирались покидать оккупированную территорию, а матери, кажется, вообще плотно срослись с мостовой.