На рассвете подошли к острову. Белый луч заканчивался, и от него ответвлялся тёмно-серый отросток, уходящий к горизонту. Друзья проследили за ним взглядом и молча переглянулись: «Не терять бдительность», - подумал каждый из них.
– Пришли. Остров Лиланда! - Лумпизан у штурвала сбросил скорость, и яхта медленно пошла вдоль скалистого берега в поисках удобного места для швартовки; скоро он увидел узкий вход в бухту и направил туда яхту.
Тихая бухта выглядела живописно: зеркальная гладь воды, в которой отражались высокие скалы, обрамляющие её кольцом справа и слева. Прямо по курсу лежал жёлто-белый песчаный пологий пляж, за ним начиналась пальмовая роща, переходящая в лес.
Наступало солнечное утро. Поверхность моря тревожили только разбегающиеся от судна маленькие волны - с выключенным мотором яхта медленно по инерции пересекала центр бухты.
Лумпизан нашёл удобное для швартовки место справа по борту недалеко от пляжа и причалил; Берой выбрался на прибрежную скалу и закрепил канат, а Узо бросил в воду якорь. По тросу определил глубину — около 10 метров.
В удивительно прозрачной голубой воде чётко виднелось каменистое дно, кое-где подводными парашютами плавали розовые и голубые медузы, а у поверхности мелькали и сверкали чешуей стайки маленьких рыбок.
В нескольких метрах от места швартовки вглубь бухты на каменистом дне начинались толстые подводные водоросли, похожие на деревья, и среди них у самого дна серебрились непонятные большие шарообразные пузыри-купола.
На песчаный берег из-за пальм вышла косуля, посмотрела на судно с людьми, развернулась и прыжками ускакала обратно в лес. Пели невидимые птицы, три больших попугая — белый, розовый и разноцветный красно-синий – слетели с верхушек пальм на прибрежный песок. За ними с криком выскочила стая маленьких обезьян, и птицы взлетели на пальмы. Обезьяны полезли вслед за ними. На берег вышли два павлина и веерами раскрыли свои шикарные переливающиеся на солнце хвосты.
Красивая и яркая южная природа, тихое и прозрачное море навевали безмятежность. Студенты решили искупаться и потеряли бдительность. Молодость и беспечность иногда брали своё…
Все разделись; двое – Берой и Лумпизан – бездумно сбросили перчатки на палубу рядом с одеждой и нырнули с борта в воду, а Узо не обратил на это внимания и лёг на палубу позагорать. Он наблюдал за горным бараном на скале, пока тот не скрылся за камнями, мечтательно перевел взгляд на голубое безоблачное небо… и вдруг увидел, как белый луч над островом стал тёмно-серым…таким же, как и отросток от него, уходящий к горизонту!
Узо в тревоге сел и увидел двое перчаток рядом с одеждой друзей… Он вскочил и в тревоге завопил:
– Парни! Быстро на яхту!
Лумпизан лежал на спине на воде рядом с яхтой, раскинув руки и блаженно зажмурившись на солнце. Услышав вопль друга, он в два гребка подплыл, взобрался на борт, схватил и надел перчатку, с досадой хлопнув себя по лбу.
Бероя на поверхности не было. Он нырнул на глубину.
Неподалеку от яхты, а также в разных местах бухты на поверхности стали появляться из глубины удивительные огромные пауки. Видимо, они притаились на дне, когда незнакомое судно вошло в бухту, а теперь поняли, что никакой опасности нет и продолжили свои дела. Пауки всплывали, переворачивались брюхом вверх и сразу ныряли обратно. Узо и Лумпизан не понимали их действий, но не слишком обеспокоились за друга – они правильно рассчитали, что Берою необычные пауки не причинят вреда и он найдёт с ними общий язык. Вот только где он? Другая опасность приближалась!
Аргиронеты
Берой прекрасно плавал и нырял как рыба, подолгу задерживая дыхание. Подплыв к подводным деревьям-водорослям, он увидел большие, с человеческий рост, серебристые прозрачные и непрозрачные колокола, наполненные воздухом. Они крепились к водорослям и ко дну толстыми паутинными нитями. Это были жилища гигантских водяных пауков. Пауки вылезали из своих домов, поднимались на поверхность, переворачивались брюхом вверх и ныряли вертикально вниз, подгребая лапами, – на теле каждого серебрились пузыри воздуха, как мантия, которую он поддерживал двумя задними лапами. Плавали и ныряли они очень быстро. Добравшись до своего колокола, паук залезал в него снизу, лапами тёр свое тело, освобождая его от воздуха, и очередной объем наполнял купол, увеличивая его в размерах. Некоторые ткали паутину на дне — эти полотна впоследствии таким же образом наполнялись воздухом – так строились подводные паучьи дома.