— Но с того света вытащили.
— Вот только за это и спасибо. Да только, пока сюда добирался, думал концы отдам.
— А остальные?
— Двое еще в пути, только трупы и доставили, чтобы сдать, а один уже в госпитале. Поздно.
Ясно, что раненных отправляли в разное время. Но на заставе с новостями и информацией было так себе. Коменданта никто не уведомлял о судьбе его бойцов. Ну и ему до них нет никакого дела. Отправил депешу с купцом, где указал потери и информацию о направленных раненных, дальше не его заботы. В начале хотел было поинтересоваться, да глухо, никакого ответа не получил. Ну, а раз так, то и нечего пыжиться.
— Ясно. Сам-то дойдешь, или за носилками отправить?
— Не, парни. Носилки это лишнее, но от плеча не откажусь.
— Ануш, ты у нас крепкий и ростом невелик. Давай, помоги.
— Без проблем, капрал.
— Только погоди, выясню по грузу.
Покончив с этим, Сергей направился на палубу парохода, где был встречен довольно дружелюбно. Мало ли, что висельники и находятся здесь по приговору. На секундочку, пароход встал на стоянку у этого причала, чтобы иметь возможность рассчитывать на помощь этих самых отбросов. Прав был комендант, первое же удачно отбитое нападение, глядишь шкиперы и купцы сами начнут интересоваться, чем можно подсобить служивым.
Встречал его сам шкипер. Взрослый дядька, с благородной сединой, прочно вцепившейся в бородку клинышком и аккуратные усы. Как там на голове не понять, из под черной фуражки только виски видны, но и на них седых волос больше чем темных. Взгляд цепкий, с легким прищуром, отчего к уголкам разбежались лучики морщин, но вполне дружелюбный. Шкипер роста невысокого, потому Сергей словно навис над ним.
— Вечер добрый. Комендант мне приказал разузнать, доставили ли вы обещанное нам продовольствие?
— А отчего он не прибыл сам или не прислал сержанта.
— А кто сказал, что я не сержант?
— Жизненный опыт, молодой человек.
— Ну да, глаз у вас алмаз, не сержант я. Но и им не с руки к каждому пароходу бегать, для этого мы есть.
— Логично. Груз-то есть, но кто распишется в его получении? Уж не вы ли?
— Нет, конечно же. Но если груз в наличии, то комендант сейчас подойдет. Алеш, передай капитану, что груз есть.
— Понял, капрал, — получив последнее распоряжение, парень поддел плечо Павола и помогая ему направился к заставе.
— Ну так как, поможете выгрузить нашу поклажу? — Это Сергей опять к шкиперу, с намеком на его команду.
— Только на причал.
— Разумеется. Здесь мы уж сами.
Когда появился капитан, весь немудреный груз уже перекочевал с палубы на деревянный настил. Окинув взглядом это богатство, комендант вперил вопросительный взгляд в Варакина.
— Шесть мешков сухарей, четыре крупы, два муки, бочонок солонины и десяток ящиков с консервами.
— Не густо. И для лошадей ни горстки овса.
— Это точно. Приходи кума любоваться, йок макарек.
— Ладно, где наша не пропадала, — вздохнул комендант.
— Настолько все плохо? — Поинтересовался спустившийся на причал шкипер.
— Да уж считай сопли по котелкам размазываем. Если бы не рыба… Да только от нее уже тошнит, — все так же недовольно ответил комендант.
— Но ведь можно организовать охоту.
— Ситуация такова, что как только мои парни окажутся за пределами заставы, то очень даже легко сами могут оказаться в роли дичи, а я не могу выслать полный десяток, чтобы они имели шансы отбиться.
— Ясно. Боцман.
— Да, господин капитан.
Тут же отозвался мужик одетый в простую матросскую куртку. Стати вроде и не особой, но если судить по тому, как он уверенно держится, то можно безошибочно утверждать, авторитетом у команды он пользуется безоговорочным. Тут ведь как, не все и не всегда зависит от необъятных габаритов, немаловажны и иные качества, которые и делают из человека лидера. Знать не так прост боцман, если сумел занять свою должность в этих беспокойных местах, где каждый член экипажа считай готовый боец. Иначе никак, пинкская территория.
— Посмотри там, чем из продовольствия можем помочь служивым. Но на многое не рассчитывайте, — это уже к капитану.
Много и не получилось. Ну да удастся устроить хотя бы один праздничный обед и то в радость. Бойцы на заставе разносолами не избалованы, а тут по вязке чеснока и лука, пара торб с яичным порошком и сухим молоком, копченый окорок, мешок гречки. К рассвету корабельный кок исхитрился выпечь десяток буханок свежего и одуряюще пахнущего хлеба. Оно вроде и мелочь, а приятно и народ слегка повеселел.
— Ну и как вам завтрак? Грибски подсел к Сергею, который вместе со своим отделением сейчас сидел на бревне уложенном вдоль казармы. Оно служило эдакой завалинкой, на которой любили посидеть бойцы в редкие минуты безделья.
— Просто сказка, — вместо Сергея встрепенулся Хват. — Всегда бы так.
— Всегда не получится. Но капитан надеется, что это только первая ласточка и вскоре шкиперы и купцы при закупке продовольствия станут учитывать и наши заставы. Оно конечно на многое рассчитывать не приходится, но хоть что-то.
— Милош, а чего это снабженцы так щедры? Сомнительно, чтобы тут было по норме. Когда нас сюда направляли, куда больше было.
Откинув голову к бревенчатой стене и прикрыв глаза, поинтересовался Варакин. Вообще-то им сейчас полагалось спать, так как ночью его отделение было в карауле, но захотелось немного посидеть под утренними и пока не жаркими лучами солнца. Оно и с ночи озябли и приятно вот так посидеть после и впрямь недурного завтрака.
— Поверь, по бумагам отправлено как положено, и в несколько раз больше, чем прибыло.
— А как же они все это спишут? Ведь капитан расписался у шкипера только за то что получил.
— А им эти бумажки только чтобы шкипер ничего не укрыл. А там, все шито крыто и капитан расписался за все сполна.
— Подлог?
— Подлог, — согласился сержант.
— А как вскроется?
— Для начала капитан должен вернуться из степи. А если вернется, то не станет поднимать этот вопрос. Тут ведь по разному может обернуться, а кому захочется возвращаться обратно. Вот и выходит, что никто с них ничего не спросит. Со строевыми частями сложнее и там много не скрысятничаешь, клюют по чуть-чуть, вот и получается прилично, а с черными шевронами все куда как проще.
— Да-а, дела, йок макарек.
— Да ладно тебе. Не все так плохо. Нам ведь не положены ни сети, ни такое большое количество соли, ни пустые бочонки, что с самого начала загрузили. Это как бы компенсация на будущее и намек, сами думайте о своих запасах.
— Лихо. Так они получается и не воры вовсе, а благодетели.
— С этим мы ничего не поделаем, а потому просто забудь. Не трави душу.
— Не буду, — легко согласился Сергей.
А чего собственно не согласиться. От того, что тут и сейчас будешь сотрясать воздух гневными высказываниями, ничего не изменится. А голод им в любом случае не грозит. Ну да, рыба уже приелась дальше некуда, а тут и физические нагрузки и раненным все же нужно что-то более существенное, чем рыбная диета. Но это можно и перетерпеть.
Им сейчас нужно думать над тем, как выжить. Кое-кому куда больше не повезло или они оказались достаточно глупы, чтобы понять где они оказались и что для выживания им нужно организовываться и сплачиваться.
Вон шкипер говорил о том, что еще одну заставу уже по второму кругу вырезали. Павол пополнил эту информацию сведениями. Оказывается с десяток тел не нашли и все чьи останки найдены не были объявлены в розыск.
Разумеется, это не значит, что охотники уже встали на их след. Поди найди его если парней захватили в плен и придали мученической смерти в пинкских стойбищах. Могло случиться и так, что этот десяток полег во время патрулирования или охоты. Да мало ли. Охотники за головами не глупые ребята и прекрасно это понимают, но разыскные листы на всякий случай при себе имеют. Да и остальные не упустят своего шанса если таковой представится. Так что если появится кто в поле зрения, то конец будет один. Никто не станет возиться с арестом, только убедятся в том, что ошибки нет, а там и грохнут.