— Гхм, — поднявшись на борт и возвышаясь над головами людей, прокашлялся Сергей. — Внимание! Сейчас начнется ваше размещение. Холостяки и девушки уходят с комендантами общежитий. Там вас распределят по комнатам. Комнаты на четверых, советую сразу выбирать себе соседей по душе. Места в избытке, хоть отдельно селитесь, но предупреждаю, народ будет постоянно прибывать и может случиться, что кого неугодного подселят. Теперь семейные. Людей в поселке пока немного, а потому можете выбирать любой дом, на любой улице, с любым соседством. Вы первые в этом году, а потому вам пока простор. Свободные дома отличить легко, там во дворах уже трава поднялась.
— А чего это нам по домам расходиться? — Послышался возмущенный женский голос.
Сергей пригляделся в кричащую женщину. Та самая, которая обезумев выбежала под обстрел и едва не схлопотала пулю. Если бы ее не прикрыл наемник, сейчас отпевали бы или лежала бы пластом с ранением.
— Давай, заводи машину. Кто остается, пусть себе остаются, а мы тут и часу не задержимся. Смерти нашей хочешь? — Продолжала сама себя накручивать полнотелая молодуха.
Ее выкрик не остался без внимания. Послышались приглушенные голоса, в которых сквозило недовольство. По большей части возмущаются женщины. Впрочем, оно и понятно. Дорога выдалась не сахар. Мало несколько дней провели с минимумом удобств на неприспособленных для проживания посудинах, так еще и арачи расстарались на славу.
— Мила, ты чего разоралась. Брыль, а ну приструни свою бабу, не на базаре, — как видно признав вновь прибывших, выкрикнул Высек.
— Ты Высек, за своей бабой смотри, — возразил кряжистый мужик, которого как видно и звали Брыль, — со своей я и сам разберусь.
Неприятно мужику, высказанное замечание, вот и взыграло. Но жену все же слегка дернул за рукав, эдак чтобы не особо заметно. Но настроение среди прибывших не столь уж и радушное, так что разруливать нужно сразу, а лучше получить отсрочку.
— Значит так. Никто и никого здесь силком держать не станет, — подняв руку, чтобы привлечь внимание, возвысил голос Сергей. — Если пожелаете, то с первым пароходом отправитесь обратно. Мое слово крепко, о том вам каждый скажет. Насчет арачей не беспокойтесь. Сюда они не сунутся, потому что тут уже земля куроки. Но захотите вы здесь остаться или нет, жить это время вам где‑то нужно. Баржи встали под разгрузку, и тут вам делать нечего. Пароход отбудет только через четыре дня. Хотите, располагайтесь под открытым небом, это ваш выбор. Но зачем такие крайности, если есть дома? Не знаете? Вот и я не понимаю.
— А чего это ты про соседство говорил‑то, коли нам не жить здесь, — опять подала голос Мила, никак не желавшая униматься.
— А ты красавица за себя говори, — возразил Сергей. — И потом, сама и подумай, а ну как сейчас займешь дом, да решишь остаться, а соседи не в радость? Иль думаешь, как дома свободные имеются, то сможешь словно блоха скакать пока не умаешься?
В ответ на эти слова вся толпа ответила дружным хохотом, а Мила покрывшись краской, прикрылась платком. Оно может реакция была бы иной, но пристыженный Брыль, так дернул жену за руку, что она едва не потеряла равновесие. Как видно свой лимит на своеволие она исчерпала и больше не хотела испытывать терпение супруга.
Ну слава Богу, отпускает народ понемногу. Царящее здесь настроение Сергею вовсе не нравилось. Но вроде обошлось, что не может не радовать. Теперь голоса звучат уже не напряженно или недовольно, а вполне себе деловито. Мужики что‑то обсуждают, советуются с женами, окликают друг друга.
Потом началось распределение. Первыми район причала покинули холостяки, которых увел старичок, комендант мужского общежития. Пожилые люди в Донбасе были диковинкой. Да что там, с первой партией их приехало только трое, а вот в этой и вовсе не было ни одного. Но народу не хватало, а потому занятие находилось для всех.
Следом потянулись одинокие женщины. Их уводила Ляля, из бывших падших, пока еще не нашедшая себе пару, и заведовавшая женским общежитием. Хваткая девушка прибыла на причал не просто так, а умудрилась организовать повозку, на которую девушки уложили свои нехитрые пожитки.
Наконец пошли на выход и мужики из семейных. Многие в сопровождении жен, оставив имущество и детвору на старших. С некоторыми шли и старожилы, о чем‑то им рассказывая на ходу. Ясно, отправились выбирать себе подворья.
Кстати, Мила так же не отстает от мужа, явно не собираясь пускать на самотек вопрос с выбором места жительства. Останутся или нет, то вопрос иной, но если есть возможность выбрать, то лучше этим не пренебрегать. С другой стороны, дома один к одному, как близнецы, так что и выбор не особо велик.