– Интересно. Очень интересно. – Полковник смотрел себе под ноги и потирал подбородок. – Можешь убрать. Анна, развяжи его.
Перчатка спряталась внутрь руки так же, как и появилась. Винсента это удивило, хотя он и вида не подал. После этого девушка разрезала путы.
– Если вам от меня больше ничего не надо, то отпустите меня. Перчатку можете забирать… – сказал он, неуверенно поднимаясь с кресла-каталки на ватные ноги. Такой вариант показался ему самым разумным после всего пережитого. Ему хотелось поскорее вернуть всё на круги своя.
– Мы еще не полностью убедились в твоих словах, Винсент. Да и перчатку мы забрать просто так не можем.
– В смысле?
Полковник взял папку со стола и показал Винсенту рентгеновский снимок оттуда:
– Вот. Это снимок твоей руки.
На снимке были кости левой руки от плеча до кончиков пальцев. Но все кости, что ниже локтя, обвивало что-то черное, подобно какому-то спруту.
– А вот общий снимок твоего тела, когда тебя доставили в нашу больницу, – он дал Винсенту еще один.
На этом снимке был весь его скелет. Но теперь этот черный спрут расползался ветвями по всему телу, особенно по позвоночнику.
– С такими ранами, какие были у тебя, если и доезжают до больницы, то лежат в ней несколько месяцев. У тебя было парализовано всё ниже пояса, куча переломов, многочисленные внутренние кровотечения. А ты пришел в себя всего через две недели. Перчатка спасла тебя. Более того, мы не можем отделить ее. Конечно, если ты не против, чтобы мы отрезали тебе всю левую руку. Хотя у меня есть еще одна идея…
– И что со мной будет? – спросил Винсент, стараясь не показывать испуг, хотя внутри его колотило.
– А это решит уже наш Ангел Смерти.
Глава VIII: Пульс
Ахимас шел по коридору, как обычно, ухмыляясь.
Сегодня был последний рабочий день недели, сокращенный, так что коридоры Фронтира почти опустели и многие двери были уже заперты.
Через стекло он видел, как дороги заполонили машины. Жутко было представить, что сейчас происходит в метро. Хоть светофоры, навигаторы и анализатор трафика и были объединены в сеть, пробки в прошлое не ушли.
В здании еще можно было встретить клерков, хотя в основном остались только научные сотрудники из ведомства генерала Тумановой. Ахимас любил работу, которой занималась Туманова и ее люди. Он воспринимал ее как высшую форму искусства, потому что только в их лицах он видел какой-то интерес и жизнь, чего нельзя было сказать о многих служащих Канцелярии. Ахимас завидовал им. Он завидовал даже простым служащим Канцелярии с их бумажной работой и на самом деле беззаботной, хоть и пустой жизнью.
Вечером обычно оставались служащие диспетчерской, Ликвидаторы, ученые, чрезвычайно занятые исследованиями, и военные на дежурстве.
Пройдя по отдающему стерильностью коридору, Ахимас зашел в лифт. Он нажал на кнопку и поехал еще выше. В лифте, кроме него, никого не было, и он смотрел через стекло на Город. Буйство пестрого оранжевого цвета уже закончилось, и яркое закатное солнце уступило бледно-голубому вечернему небу. Как жаль, что в Городе не видно звезд.
На небе висели лишь полная яркая луна, как всегда, самая красивая в этом месяце, и Черное Солнце, по размерам не сильно отличающееся от луны. В темное время суток огни Города горели еще ярче и сочнее. Буйство природных цветов сменилось буйством цветов искусственных. Неоновые огни и фонари, прожекторы на дирижаблях и их проблесковые маячки, бегущие в противоположные стороны по дорогам ленты белого и красного цвета, тянущиеся змеи поездов, игра света на неспокойной воде великой реки, – всё это приковывало взгляд и вызывало трепет, особенно при взгляде с высоты. Но всё равно звезды были бы лучше.
Лифт остановился. Ахимас сразу же оказался в просторном помещении, захватившем этот и следующий этаж. Здесь не было стен, но было много колонн. Также всюду были металлические подмостки, а внутреннее наполнение этажа умещалось на платформах, разнящихся по уровням. Это было необходимо из-за множества проводов, охладительных труб, системных блоков и серверов, окутанных холодным пурпурным паром, которые умещались под всеми этими конструкциями.
Ахимас попал в информационный центр Административной канцелярии – места, где обрабатывали всю информацию и координировали работу Фронтира. Сотрудники центров несли ответственность за поддержание единого информационного пространства организации. Они занимались радиосвязью, анализом данных, информационными сообщениями, справочной деятельностью и множеством других задач как в Городе, так и по всей стране. Даже ночью здесь работало около сотни человек, поскольку не все задачи могли выполнять машины. Центр был наполнен шумом оборудования, журчанием жидкости по трубам и звуком шагов по металлическим настилам. Это был огромный открытый офис с непрерывным потоком работы. Он пошел в сторону одной из консолей. За ней работали две девушки. Точнее, сейчас они просто сидели, повернувшись друг к другу, разговаривали и пили чай. Одна была брюнеткой с каре, другая – темно-рыжей, с волосами, собранными в хвост, на столе подле нее лежали очки. На обеих была надета форма их ведомства: юбки ниже колен, колготки, белые блузки и повязки на руке – голубого цвета с белыми просветами.