Собираясь уходить, Нонна отдала Вале небольшой лист бумаги. Это была шифровка, полученная на днях радистом с Большой земли. За хорошую организацию работы подпольных групп Вале и ее товарищам объявлялась благодарность. Шифровка подписана загадочным словом «Директор». Нонна пояснила, что «Директор»— это командование 10-й армии. Вообще с сегодняшнего дня вся деятельность подпольщиков будет проходить под руководством специальной группы разведывательного отдела «десятки». Вале следует запомнить имя человека, от которого будут поступать конкретные распоряжения. Это один из опытных разведчиков 10-й армии товарищ Аркадий.
Нонна попрощалась в дверях, не позволив Вале ее проводить.
Подождав минут десять, пошла домой и Валя. В городе было тихо. Раздавались лишь бессонные шаги немецких патрулей.
Для служебных разъездов руководитель немецкого предприятия по добыче торфа лейтенант Рудольф пользовался бричкой. Немецкий лейтенант не знал, что среди подпольщиков Велиславля он известен под кличкой «Стрелок». В скупых сводках, передаваемых по цепочке радисту, все чаще значилось: «Как сообщил «Стрелок…» О том, кто скрывается под именем «Стрелка», знали лишь очень немногие. И эти немногие направляли деятельность немецкого офицера, используя то, что руководитель одного из тыловых предприятий имеет право беспрепятственного передвижения на своей дребезжащей бричке.
Приказ подать подводу был отдан с вечера. Рано утром исполнительный солдат, правивший лошадьми, подкатил к крыльцу конторы. Привычно оглядев себя, Рудольф сбежал по ступенькам и залез в бричку. Расположившись на охапке соломы, он молча ткнул солдата в спину, и подвода покатила по застывшей дороге.
Путь на станцию Прилесье был неблизкий, и лейтенант то и дело совал кулаком в солдатскую спину, приказывая ехать поскорее. Возница дергал вожжами, лошади ненадолго прибавляли шагу. Подскакивая в дребезжащей бричке, Рудольф внимательно оглядывал мрачноватые окрестности. Снег ровным безжизненным налетом засыпал унылые поля, огромные полосы лесных вырубок. Там, где леса когда-то подступали близко к дороге, по распоряжению немецкого командования деревья были вырублены по обе стороны: предохранительные меры против партизанских засад.
«Да, партизаны…»— вздыхал лейтенант, с опаской поглядывая на далекую кромку зимнего леса. Его не обманывало безмолвие окрестностей. В лесу шла своя жизнь, и вполне могло случиться, что из-за какого-нибудь завала раздастся одинокий меткий выстрел.
Неуютно чувствовал себя и солдат на передке телеги. Без понуканий он изо всех сил погонял заморенных лошадей, торопясь проскочить опасное место.
На станцию Прилесье лейтенантская бричка едва смогла пробиться. Рудольф ткнул солдата в спину и спрыгнул на землю.
Станция была забита эшелонами. Возле путей дымили походные кухни. Небольшое здание вокзала гудело, как улей. Рудольф протиснулся внутрь и, проскальзывая между группами ожидающих офицеров, стал пробираться к кабинету коменданта, в самый конец зала.
Из кабинета вышел невысокий артиллерийский полковник. Рудольф щелкнул каблуками, отдал приветствие. Полковник пробежал мимо, не заметив его. Щеки полковника гневно тряслись. Он вполголоса бормотал ругательства.
Рудольф приоткрыл дверь. Комендант с измученным лицом сидел за столом и не поднимал головы. Отчаянно трезвонил телефон на столе.
— Хайль Гитлер! — выкрикнул Рудольф привычное приветствие, переступив порог.
Взглянув на него, комендант вяло ответил: «Хайль», — и вновь углубился в ворох бумаг. Телефон на его столе звонил не переставая. Время от времени комендант хватал трубку, утомленно выслушивал, что ему говорилось, иногда принимался возражать, ругаться, иногда же отвечал коротко, с готовностью, как подобает в разговоре со старшим по чину.
Подсев к столу, Рудольф повел речь о нескольких платформах, которые были обещаны ему в управлении перевозок для доставки торфа.
— Трудно. Очень трудно… — пробормотал комендант, не отрываясь от бумаг. — Сами видите, что творится на линии.
Не повышая голоса, Рудольф напомнил, что выполняет приказ тылового штаба группы войск. Комендант, совсем потерявший голову, решил отвязаться от настойчивого посетителя.
— Хорошо, я надеюсь отправить сегодня попутный эшелон. Обещаю прицепить к нему пару платформ.