Когда они вышли из своей комнаты, нагруженные чемоданами и авоськами, то увидели радующее глаза и души зрелище.
На террасе напротив комнат были расставлены столы со стульями, за которыми восседала группа людей, большинство из которых были крупные разного возраста мужчины.
Появление перед шумной компанией двух женщин не осталось незамеченным, гомон тут же на некоторое время притих.
На лицах веселящейся компании отразилось недоумение, когда они увидели, что эти пышные дамы с чемоданами покидают свою комнату и собираются покинуть их корпус.
Они сразу же догадались, что именно приезд их группы, стал виной переселения симпатичных дам в другое место.
Двое мужчин примерно их возраста поднялись со своих мест, подхватили чемоданы переселенок и потащили их вещи на новое местожительство.
Перед входом в главный корпус, новые знакомые наперебой стали приглашать подруг присоединиться к их компании, обещая покровительство, хорошее и вежливое обращение, ну и, конечно гарную выпивку, закуску и веселье.
К своему удивлению Фрося увидела умоляющие глаза Аглаи.
Решение возникло мгновенно, ей и самой хотелось, наконец, хоть немного разнообразить будни их отдыха, а тут ещё и подруга далеко не против:
— Так, ребята, дайте нам пятнадцать минут помыться, переодеться, можете не ждать, сами придём, не маленькие.
Не прошло и получаса, как Фрося с Аглаей уже сидели за накрытым столом, заставленным разномастной посудой с аппетитными закусками, бутылками с водкой и с трёхлитровой банкой домашнего вина.
Безусловно, подруги тоже внесли свою лепту в пиршество, вход пошла закуска так вовремя приобретённая на привозе, а бутылка водки в такой компании никогда не бывает лишней.
С каждой новой выпитой рюмкой веселье за столом набирало всё большие обороты.
Молодёжь покинула компанию, услыхав на танцевальной веранде музыку, за столом остались шестеро мужчин и четыре женщины, включая Фросю с Аглаей.
Чуть в стороне под лампой сидел парнишка лет пятнадцати и читал книгу.
После нескольких рюмок компания раскрепостилась и в ход пошли анекдоты, над которыми все дружно смеялись.
Затем, сидевший рядом с Аглаей мужчина лет шестидесяти, вдруг затянул бархатистым голосом украинскую народную песню, а все остальные дружно подхватили, даже Аглая, не знавшая слов, пыталась подпевать повторяющиеся строчки:
Присутствующие сразу отметили недюжинный голос Аглаи и попросили спеть что-нибудь эдакое для души.
Аглая долго не ломалась, приосанилась и в воздухе поплыл её необыкновенный звонкий голос:
Завороженные её пением, все присутствующие за столом не отводили глаз от великолепной певицы, никто даже не пытался подпевать, все затаив дыхание, слушали горький стон одинокой рябины.
Сидевший рядом с ней солидного вида мужчина смахнул набежавшую слезу и притянув руку засмущавшейся Аглаи к губам, трепетно поцеловал.
Украинские и русские песни сменяли одна другую, уже давно перевалило за полночь, а никто не собирался расходиться и даже вернувшаяся с танцев молодёжь, приняла участие во всеобщем веселье.
Шумную компанию остановил только грозный голос боцмана Жени:
— Граждане, пора прекратить этот хипиш, вы же не одни находитесь на территории турбазы.
Недовольно ворча, люди стали подниматься со своих мест.
Фрося помогла другим женщинам убирать со столов, выкинула в мусорный ящик огрызки и кости, оглянулась, Аглаи нигде не было, что её немало удивило и даже насторожило, но один из мужчин ей тихо доложил:
— Дамочка не волнуйся, твоя подружка пошла прогуляться с Петром, он её не обидит, очень хороший мужик, вдовец, между прочим.
— А я не боюсь, она же не дочь моя несовершеннолетняя, просто немного растерялась, не увидев её вдруг рядом, а за себя она может и сама хорошо постоять и ещё как, ведь всю войну прошла…моя подруга, между прочим, тоже вдова.
— Вот, и добренько, посмотри, как хлопец Петра только разволновался.