Глава 27
Протиснувшись обратно со своим чемоданом через плохо открываемую калитку, Фрося остановилась на обочине дороги. Шёл лёгкий снежок, серое небо обложили облака, надвигались ранние сумерки, крепчал мороз и на душе у неё было пасмурно и холодно. Поправила сумочку на плече - вот, и съездила на Родину, вот, и попрощалась с родными. Вдохнула полной грудью морозного воздуха и решительно достала из внутреннего кармана шубы мобильный телефон - как хорошо, что у неё есть визитка того таксиста, доставившего её некоторое время назад сюда.
Долго ждать не пришлось, вскоре возле неё затормозила знакомая машина и улыбающийся водитель, распахнул перед ней дверь:
- Забросьте, пожалуйста, сами ваш чемодан на заднее сиденье, что-то мне не хочется вылезать на эту холодрыгу.
Фрося так и сделала, отметив для себя, что обслуживание клиента в провинции здорово отличается от московского, не говоря уже от американского, и, усевшись на пассажирское сиденье, облегчённо вздохнула.
- Скажите, пожалуйста, я могу возле вокзала где-нибудь сносно перекусить?
- Да, похоже, встреча не была сильно радушной.
Фрося смолчала.
Водитель покачал головой.
- Конечно, есть, я вас завезу в нашу "Бульбяную". Как вы относитесь к белорусской кухне?
- Отлично отношусь, я ведь родом из этих мест, просто давно здесь не была.
- У нас мало, что изменилось, но с развалом советской власти, появилось несколько приличных заведений, местные воротилы всё же подсуетились.
Не смотря на грустное настроение после встречи с сыном, Фрося в уютном кафе с аппетитом отобедала вкусными картофельными клёцками с жареным мясом и луком, запила чаем с лимоном и двинулась в сторону вокзала. Как это она могла предполагать, что ей придётся задержаться на два дня в Поставах, даже два часа здесь нечего было делать. Который уже раз подумала - как хорошо, что Марк не поехал с ней в Израиль и в Москву, ей тоска, а каково было бы ему. В чемодане так и остались лежать не востребованные подарки, кому здесь было вручать дорогие виски, коробки с конфетами и сувениры. Поезд уносил её обратно в Москву, а это значит, что скоро она улетит к Марку, без него ей было ужасно тоскливо, а на душе кошки скребли.
Стояло ещё раннее утро, когда Фрося сошла на промозглый перрон и в свете фонарей сразу же увидела, дожидавшегося её внука:
- Сёмочка, зачем ты поднялся в такую рань, а вдруг бы я сегодня не приехала?
- А я почему-то был уверен, что ты прибудешь именно сегодня, мне так хочется ещё побыть с тобой рядом, как можно подольше.
Фрося крепко обняла внука.
- Глупышка, какой ты ещё глупышка, скоро приедешь ко мне в Штаты, попрошу Марка, чтобы он подыскал тебе подходящий колледж в нашем округе, мы будем с тобой рядом, пока ты будешь во мне нуждаться, а я всегда буду с тобой, пока жива и могу что-то весомое для тебя делать.
- Бабуль, мама просила меня, чтобы я повлиял на тебя своим авторитетом и прямо с вокзала привёз к нам домой в гости.
- Считай, что уже повлиял, поехали.
Фрося с волнением переступила порог квартиры, когда-то удачно приобретённой для Тани. Благодаря сноровке свекрови, та теперь являлась хозяйкой дорогого престижного жилья в центре Москвы.
Невестка выскочила в прихожую и повисла на шее у Фроси:
- Мамочка, как я вся испереживалась за эти два дня, после того, как не очень красиво покинула тебя в гостинице.
- Ну-ну, отпусти меня, а то завалюсь, забываешь, что мне уже не сорок пять, как некоторым.
Таня смеясь, помогала свекрови снять шубу и сапоги, подставляла мягкие домашние тапочки, продолжая суматошно обцеловывать Фросе руки и лицо.
- Прости, моя дорогая мамочка, сама не знаю, что тогда нашло на меня, наверное, здорово вымоталась за последнее время, стала какая-то нервная, всё боюсь куда-то не успеть.
Фрося не стала реагировать на оправдания невестки, а присев в кресло, огляделась.
- А здесь мало, что изменилось...
Предостерегающе подняла руку.
- Танюша, не стоит извиняться, время нас отдалило друг от друга и поведение твоё в гостинице было для меня вполне понятным - хотела показать, какой ты стала важной и самостоятельной и явно слегка с этим переборщила. Танюха, я рада, что не надо больше тебе нос вытирать, а воспитывать тебя я не приехала, если нравится быть такой, будь.
Таня воинственно вздёрнула кверху подбородок.
- Какой это такой, договаривай?
- Даже не знаю, как правильно ответить на этот твой вопрос и стоит ли это делать. Ты, не напрягайся, завтра я улечу в Штаты, и кто его знает, может уже никогда больше с тобой не увидимся. Я, по крайней мере, в Москву уже не ездок, нет ни сил, ни желания.
- Мама - это понятно и без слов, но ты всё же ответь, что ты имела в виду, когда сказала, что я стала такой, интересно всё же, на твой свежий взгляд, какой?
- Далёкой Танечка, далёкой и холодной. Мне в дорогу Марк посоветовал взять томик Пушкина и почитать "Евгения Онегина". Я и читала, пока летела в Израиль.
- Мама, а с какого перепуга ты взялась за эту книгу, я её изучала по школьной программе и ничего интересного в ней не находила.
- На меня она тоже не произвела большого впечатления, просто мой Марик сравнивал тебя с одной героиней из этой книги.
- С Татьяной Лариной что ли?
- Именно с ней.
- Мамочка, я уже давно не та гуттаперчевая простушка, что была раньше, и это, сама знаешь, во многом, благодаря твоему влиянию и нынешним реалиям жизни.
Фрося во все глаза смотрела на сидящую напротив неё красивую, ухоженную ещё достаточно молодую женщину и не понимала, что ей в этой Тане не нравилось.
Почему, в своё время, она приняла всем сердцем прежнюю Таню - ранимую и сердечную, слабовольную и вздорную, но домашнюю и каждой клеточкой родную.
Складывалось мнение, что некогда близкая её душе девочка за десять лет со дня их разлуки, полностью растеряла все прельщающие прежде в ней качества.
- Танюша, нам нечего с тобой делить, но всё, что происходит сейчас в вашей стране и с её людьми на меня не производит благоприятного впечатления. Да, и в наше время, кто был поухватистей, тот и жил хорошо, только это было опасно, бизнес был под запретом, его обзывали спекуляцией и воровством, а попавшихся довольно строго наказывали.
Раньше трудно было сразу понять, кто богатый, кто сносно живёт, а кто бедный - все одевались, питались и имели жилищные условия примерно одинаковые. Да, сноровистые люди умудрялись квартирку малую сменить на большую, как это сделали мы с тобой, могли поднапрячься, где-то у государства украсть, подхалтурить, а порой сэкономить и сесть за руль своего авто, но сегодня между благополучием разных слоёв населения разница грандиозная, буквально пропасть пролегла - богатство и бедность просто выпирает со всех щелей.