Уже подойдя к вольеру, Фру поняла, что Ипат не спит. Он сидел в недосягаемой для глаза темноте и, видимо, слышал все, о чем они только что говорили. По крайней мере, при ее приближении он вскочил и быстро сунул что-то в коробку у основания стены.
– Забери, забери, – истерически причитая, он толкнул коробку, и она оказалась снаружи вольера. Фру поспешила забрать из нее амулет, пока тот не передумал. Как только он оказался в ее руках, в тот же самый момент, кирати почувствовала приближение демона.
Демон был расстроен и рассержен. Он не смог или не успел воздействовать на людей должным образом, чтобы уберечь амулет от опасности. Он не совсем понимал и все же был уверен, что его жизнь зависит от этого предмета, от того, у кого он находится. Амулет не должен был находиться в руках у этого маленького, но хорошо защищенного существа. Демон приблизился с намерением убить.
Фру оказалась в неприятном положении: ее защита, хоть и намного более мощная, чем обычно бывает у кирати, но имела сквозные незатягивающиеся дыры от проклятий сестры; оставить тело малышки на растерзание демоном, а самой вернуться обратно в убежище с защищенной территории зоопарка было тоже не возможно. Оставалось только поставить рекорд по скоростному уничтожению демона.
Ничего у нее не вышло. Черные дыры от проклятий разрослись и превратились в засасывающие смерчи, конкурирующие за ее сознание. Они разорвали его и закружили обрывки. Все дальше и дальше, все меньше и меньше.
Георг сразу понял, что происходит с нею, и, несмотря на всю безумность такого решения, ринулся к ней. Он успел подбежать и, подхватив, не дал упасть. Его щиты на короткое время прикрыли их обоих. Бессмысленно, они стремительно таяли, так что на двоих у них теперь оставалось всего несколько секунд. Хотя, возможно, кирати уже была мертва. Он вытащил амулет из ее ладони. К сожалению, он так и не узнал, что именно нужно делать и даже не мог попытаться уничтожить демона. И все же, одной рукой он обнял ее покрепче, а второй активировал амулет.
Что-то явно пошло не так. Высвобожденная сущность амулета, вместо того чтобы мертвой хваткой присосаться к нему самому, она оттолкнулась от него и растеклась, встав стеной между ними и атакующим демоном. Через минуту все было кончено.
Георгу показалось, что он отключился всего на минуту, впрочем, об этом трудно судить. Очнувшись, он все еще продолжал держать Фру на руках. Кирати не подавала признаков жизни. Ее сестра тихо рыдала в углу своего террариума.
Несколько минут маг тщетно пытался восстановить энергетическое тело кирати, но, казалось, от его усилий становится только хуже. Здесь явно необходим был профессиональный целитель, причем виртуоз своего дела.
– Выхода нет, – неожиданно раздался мужской голос. Георг обернулся. За его спиной стоял тот сошедший с ума ученый, прибившийся к семейству Лейтов в Долине Проклятых. Мужчина безучастно глядел куда-то мимо него, чуть покачиваясь из стороны в сторону.
– Как ты выбрался, идиот? – злобно спросила сестра Вереи, заметив его. Она встала, утерев последние тот час переставшие литься слезы, и отошла вглубь террариума, так что Георг перестал ее видеть. Ученый тоже куда-то исчез.
Вдруг они появились рядом с ним все вместе: мать и сестра Вереи, позади них – ученый. Антонина Лейт осторожно забрала маленькое тельце кирати из рук Георга. Маг передал ее без возражений, он смотрел на женщину как на ангела. Антонина была неплохой целительницей, а в пределах доступности – лучшей целительницей для Фру, какую только можно найти.
Вдвоем Антонина и Федосья Лейт откачивали кирати часа два. Но с территории зоопарка Георг ее вынес все еще в полуобморочном состоянии. Уже начало светать, но по пути к дому маг все-таки вынужден был завернуть на городскую свалку, где, уже играючи преодолев охрану из двух дружелюбных серо-бурых собак, запихнул связку дохлых вампиров в мусоросжигательную печь. На это у него ушло не так уж много времени, но выпило последние силы. К сожалению, когда он торжественно внес кирати на руках в дом, полагая выгрузить ее в гостиной и где-нибудь там же вздремнуть пару часиков, пока не проснется Агата, в этой самой гостиной его уже ожидал неприятный сюрприз.
Вацлав Паст читал утреннюю газету. Более удобного для этого места во всем городе он, конечно же, найти не мог. Дочитав заинтересовавшую его статью, он аккуратно сложил газету и поднялся, выжидательно посмотрев на Георга.
– Доброе утро, отец, – поздоровался молодой маг, когда пауза затянулась.
– Согласно "Вестнику Столицы", не слишком, – проинформировал сына Вацлав. – Впрочем, вы уже, должно быть, и сами знаете. Надеюсь, ваша матушка в добром здравии? – Обратился он к кирати, которая ради него приоткрыла один глаз.
– Изыди, – попыталась избавиться от него Фру и вернула тяжелую голову на плечо Георга. Молодой маг застыл на месте, продолжая держать ее на руках.
– С удовольствием! – ответил Вацлав, нависнув над ней. – И не собирался здесь задерживаться. Но хотел бы напомнить, что положение вашей семьи не изменится, пока соответствующее решение не будет принято на Совете. Ближайшее собрание для решения некоторых текущих вопросов назначено на завтра. В усеченном составе, но все, кто нужно, там будут. Надеюсь, ты успела разрешить все свои личные проблемы и сегодня вечером, наконец, разберешься с оставшимися демонами Ризента. Иначе твои дражайшие родственнички проведут в своих клетках, по меньшей мере, еще месяца два.
– На вашем месте, – кирати не выдержала такой принудительной близости и, соскочив на пол, отошла и села на диван, – я была бы поосторожнее со словами. А то призовете наших подопечных раньше времени, а я буду глубоко спать. – Облокотившись о спинку дивана, Фру глубоко вздохнула и с серьезным видом закрыла глаза. – Сами будете тогда их развлекать, – добавила она.
– Георг все еще тебе необходим или я могу ненадолго его забрать? – поинтересовался Вацлав с издевкой. Кирати с неудовольствием распахнула глаза.
– Не волнуйтесь, мастер Теодор составит мне дружескую компанию сегодня вечером. Вашему сыну не придется ни в чем таком участвовать.
Георг с негодованием посмотрел на нее, но промолчал.
– Но я бы предпочла, чтобы он увел отсюда Агату, как он делает каждое утро. – Продолжила кирати. – И Ивара Голодного не забудьте, – подмигнула она Георгу. – Хочу, чтобы дом был полностью в моем распоряжении.
– Хорошо, – Вацлав кивнул, – когда закончите, не забудь привести себя в порядок перед заседанием Совета, – уходя, отдал он последнее распоряжение, намекая на ее так и не зажившие после падения с крыши ссадины. – Если нужно, я пришлю лекаря.
Кирати показала ему в спину язык.
Георг выполнил свой каждодневный долг и довел Агату до ворот Академии, но на этот раз не смог заставить себя вникать в щебетание девушки. Впрочем, она была догадливой и сама додумывала его возможные реплики, оставив ему возможность спокойно негодовать про себя на свою тяжкую долю. Вацлав Паст никогда его особенно не опекал, и Георг всегда этим фактом гордился. И тут на тебе. Его недвусмысленно выставили.
Когда ворота закрылись за Агатой, Георг повернулся, раздумывая о возможности несмотря ни на что вернуться в дом, но тут на другой стороне площади он заметил одного из помощников своего отца. Тот явно собирался обратиться к нему. Должно быть, Вацлав нашел ему неотложное дело на весь день. Попытаться сбежать показалось ему самым предпочтительным вариантом дальнейших действий, все же он остался стоять.
– Господин Паст, у меня к вам деликатное дело, – сказал помощник, подойдя и воровато оглядываясь. Георг нахмурился. – Я, возможно, совершил ошибку, за которую господин Вацлав меня убьет.