Такого Георг не ожидал, но шанс, что это розыгрыш со стороны отца все еще оставался.
– Но я должен уведомить. Надеюсь, вы будете снисходительны. – Почти прошептал он и начал быстро каяться. – Когда мы замуровывали могилу Ризента, там было пять парных демонам артефакта. Ризент сам сказал, что их пять. Но когда он призвал демонов, я прочел показания приборов, и мне показалось, что они зафиксировали приход шести демонов, но я подумал, что ошибся. Ризент сказал, что демонов пять, и я сказал, что пять. Но после того как мы все повторили… я почти уверен, что в тот раз не ошибся, и Ризент призвал шесть демонов!
– Почти или уверен?! – Георг поймал себя на том, что говорит совсем как Вацлав, чего вообще-то старался избегать.
– Не уверен, но возможно, – промямлил помощник. – Если только Ризент всех обманул…
– Ладно, иди, – отпустил его Георг, с досадой понимая, чем эта информация может обернуться для Вереи. Помощник поспешил откланяться, но, уходя, споткнулся о кота.
– Тебя еще здесь не хватало! – Георг его только что заметил, полагая, что избавился от него вместе с Агатой.
– Мря? – удивился Матвей.
Последние три демона отчаянно сопротивлялись, разнеся в клочья уютный интерьер гостиной, включая так полюбившийся всем диван. Фру даже перестала сомневаться в необходимости присутствия мастера Теодора, который, хоть и уверено справлялся со своей ролью загонщика, все больше и больше мрачнел, словно демоны не оправдывали каких-то его надежд.
Демонов они вызывали по одному, делая перерывы на крепкий чай. Как раз во время второго из них в дверь настойчиво постучали. Так стучать могла только городская стража, вызванная напуганными и любопытствующими соседями. Ни разносчик газет, ни продавец ненужных вещей так стучать не могли. Фру открывать почему-то не захотелось.
С чашкой чая в руке, потому что ее к тому времени уже некуда было поставить, она на цыпочках подошла к двери. Но повториться стук не успел, за дверью послышался невнятный разговор и любопытствующих стражей увели. Кирати удовлетворенно хмыкнула и пошла заканчивать свое нелегкое дело.
Каким образом Трифон очутился в этом холодном пустом подвале и сколько времени в нем провел, он не знал, большую его часть он находился в мучительном забытьи. Его посадили на цепь и заставили выпить какое-то отвратительное варево, от которого он погрузился в неглубокий сон, полный кошмаров. Он часто просыпался, ощущал себя лежащим на земляном полу с тяжелыми кандалами на запястьях и тот час вновь погружался в следующий леденящий кошмар. Несколько раз перед ним появлялись его мучители и заставляли поглотить очередную порцию гадкой похлебки.
Но, наконец, они удовлетворились и, дав ему немного опомниться, выволокли из подвала и потащили куда-то. Когда туман в голове окончательно рассеялся, Трифон понял, что идет по узкой тропинке через ночной лес, слева и справа поддерживаемый двумя конвоирами. Впереди них шел третий, он освещал им путь. Вскоре они вышли на широкую поляну, по средине которой было что-то вроде загона для животных. На ветвях деревьев висели мощные фонари, и когда они подошли ближе, Трифон увидел, что загон построен вокруг большой четырехугольной ямы, на дне которой находятся люди, скорее всего простые деревенские жители, человек пятнадцать. Большей частью дети. Его остановили около загона, и он успел рассмотреть их как следует. Похоже, в яму согнали тех, кто был физически послабее. Они сидели на дне, в страхе прижавшись друг к другу, но хранили гордое молчание. Трифон огляделся вокруг. Благодаря свету от фонарей, под деревьями он заметил несколько крепких вооруженных мужчин, близко к загону они старались не подходить. На другой стороне поляны стояла тихо переговаривающаяся группа. От нее отделился человек и приглашающе махнул рукой, тогда его повели вокруг загона. Пока они приближались группа расступилась и он увидел залитый кровью стол, на котором лежал большой бесформенный кусок мяса, как ему показалось в первую секунду. Трифон сразу же отвернулся, не желая знать, кем он был раньше.
– Уберите это, – услышал он знакомый голос, – молодому человеку вот-вот станет дурно!
– Ты?! – вырвалось у Трифона, когда он понял, кто стоит перед ним. Этого человека он знал, хоть и не сказать, что очень хорошо.
– Помнишь меня? Прекрасно, – обрадовался тот. – Но подожди, может статься, ты нам так и не понадобишься. Все готовы? – Он повернулся к загону. – Верочка, солнышко, начинай.
– Не буду, – раздался детский голос из загона.
– Будешь, – сказал человек ласково, – ты же не хочешь, чтобы с кем-нибудь еще произошло то же, что с твоей подружкой? Обещаю, если ты сделаешь, что я сказал, вы все умрете быстро и без боли, как будто заснете. – Он повернулся обратно к Трифону и прокомментировал: – Хорошая девочка, тоже Вереей зовут, как и хозяйку.
– Ты выкрал их из деревни Лейтов? – прохрипел Трифон.
– Ну а откуда мне еще их взять? Хотя теперь и она охраняется, – человек был явно кем-то недоволен.
– Когда хозяйка вернется, она обо всем узнает и убьет тебя! – заявила девочка сквозь слезы.
– Она, конечно же, попытается, – согласился с ней человек. – Только тебе это уже все равно, – добавил он сочувственно.
– Нет, это важно, мы умрем, но и ты тоже!
– Хватит! – Человек вышел из себя. – Читай!
– Верность. Любовь. Академия… – начала зачитывать девочка, всхлипывая.
Все действо продолжалось недолго. Что именно происходило, Трифону было не доступно. Он мог лишь предположить, что в ответ на детский голосочек из ямы на поляне появилось что-то большое, давящее, зловещее, но, лишь мазнув по щитам, выставленным магами вокруг него, оно прошло мимо, некоторое время резвилось в огороженной яме и вдруг сгинуло.
– Доставай! – приказал человек кому-то. Один из магов нехотя полез в яму и, вернувшись, протянул ему на открытой ладони два небольших предмета. Один из них был похож на пряслице, которое в последнее время таскала с собою Верея, но сейчас символы на нем слабо светились. Второй, большой мужской перстень, человек взял и, схватив Трифона за руку, надел ему на палец. – Твоя задача предельно проста. Не снимай перстень, иди на завтрашний Совет, никому ничего не рассказывай и, главное, забудь меня. Чтобы у тебя все получилось, я запишу эту простую информацию тебе в подсознание. Открой мне разум, – сказал он ласково.
Трифон что-то промычал и отрицательно замотал головой.
– Дело в том, что если ты этого не сделаешь, мне придется пойти к своей цели другим путем и вплотную заняться твоей драгоценной Вереей. Ведь твои чувства к ней благополучно вернулись к тебе, так? – Маги, которые придерживали Трифона, согласно закивали, довольные проделанной работой, и сам он не без удивления вновь ощутил жгучую тоску по ней. – Она обладает нужными мне документами, и пока она жива, мне их не получить. Но если ты окажешь мне эту маленькую услугу, они мне не понадобятся, и я оставлю твою подружку в покое. Спросишь, какие гарантии? Гарантия – моя собственная любовь к ней. Не передать словами, как сложно, как горько мне будет причинить ей боль. Надеюсь, ты не заставишь меня сделать это?
Глава 18. Совет
– Не тащи меня! – не выдержав, закричала кирати. Вацлав за руку тащил ее за собой через ельник. Второй рукой ей приходилось прижимать к себе тяжелого рыжего кота, которого член Совета не разрешил пускать самоходом, мотивируя это тем, что вокруг полно ловушек, а кот тупой. Не взирая на ее возмущение, Вацлав шел широким шагом, соответствующим его немаленькому росту, а Фру приходилось семенить за ним, путаясь в длинном подоле нового платья.
Без предупреждения он втащил ее в какую-то душную нору, где ему пришлось пригибаться и, стесненный этим обстоятельством, он припустил еще быстрее. Попетляв, они достигли небольшой площадки, окруженной решеткой. Втащив кирати на эту площадку, Вацлав оставил ее руку в покое. Вторая ее рука тут же самопроизвольно освободилась от кота, который без малейшей кошачьей грации повалился на пол. Медленно площадка начала движение вниз по длинной вертикальной шахте.