Богдан пожал плечами:
– Что ты тут можешь поделать? Просто свыкнись с этим и живи дальше. – Богдан немного помолчал и добавил :– От меня отказались трое родителей.
Мишка прислонился к растущему позади дереву, достал сигарету, в полной тишине выкурил ее, тщательно затушил, вышвырнул чинарик и произнес:
– А мои в тюрьме.
– Что они там делают!? – изумился Богдан.
– Эм… Ну… – Мишка развел руками, а Андрей спросил:
– За что они там?
– За кражу. Бомбанули склад. С друзьями. Конечно, их вскоре поймали!
– Они решили обокрасть склад вместе, и мама и папа?
Мишка снова развел руками:
– Они всегда были друг за друга горой – такая вот у них любовь! Теперь я с бабушкой и дедом. Не проходит и дня, чтоб дед не поминал их крепким словом! Все сетует, что плохо в детстве воспитывал мою маму, говорит, она ремня недополучила! Уж меня-то они воспитывают как надо! Бабушка боится, что я вырасту бандитом! Каждый раз, стоит мне натворить что-нибудь, ей грезятся тюрьма и решетки – она боится, что я пойду по стопам родителей! Чуть только что, бабушка бросается пить капли, сует таблетки под язык, а дед принимается бранить меня на чем свет стоит и разбрасывает угрозы.
– Долго им еще сидеть?
Герасимов зашевелил губами, подсчитывая:
– Год и пять месяцев. – Мишка подался вперед. – Только никому ни слова!
Мальчишки закивали.
– Семейные тайны – это наша стезя! Только вот, Мишка, – Богдан посмотрел на Герасимова, – тебе следует с большей уверенностью в голосе говорить, что твои родители – геологи. И лучше не на севере, а на востоке, например!
– Согласен.
Андрей сидел приунывший. Мишка подал ему еще рябиновой настойки, друг взял ее, но пить не стал. Погода, помаленьку, менялась, тучи пришли в движение, заворочались, заворчали, подул холодный ветерок.
– Деньги и шизофрения – вечные болезни человечества, – задумчиво сказал Андрей. – В средневековье еще чума была, но она не так опасна! У меня осталась уйма денег на каких-то банковских счетах. Теперь мне придется стать финансистом, экономистом, или еще бог знает кем!
– Это зачем?
– Разве мне теперь не полагается учиться управлять капиталом? Стать коммерсантом, постигнуть банковское дело, вкладывать инвестиции и играть на бирже? Я должен что-то делать с этой пропастью деньжищ!
– Брось! – махнул рукой Герасимов. – Эти деньги и так принесли тебе много несчастья! Лучше, когда вступишь в права наследства, промотай все и заживи, как нормальный человек!
– Дельная мысль! Это кровавые деньги, из-за них погибла мама! – и пробубнил себе под нос: – Надо будет как-то помянуть ее.
– Думаю, она хотела бы, чтоб ты ни в чем не нуждался, – сказал Мишка.
– А я думаю, она хотела бы, чтоб ты стал хорошим человеком! – добавил Богдан.
– Пожалуй, потрачу их на что-нибудь полезное. У меня еще много времени, чтобы подумать над этим. Ты лучше скажи, Богдан, как нам теперь относиться к нашем родителям? Я имею ввиду тех, которые сейчас.
Богдан вопросительно поглядел на Андрея.
– Что значит, как?
– Всю жизнь я думал, что они мои мама и папа, но оказалось не так! Оказалось, мои родители мертвы, а я с трех лет живу в приемной семье! Я никак не могу переварить эту мысль, она застряла в мозгу – никак ее не вывернуть! Как мне быть? Как смотреть на наших родителей, если они и не родители вовсе?
– Ты забываешься, Андрей! Если вдуматься, от того, что ты узнал правду ничего не изменилось! Мы всю жизнь живем в старом монастыре, у нас есть мама, отец, Сашка и куча сестёр – это и есть наша жизнь! Я тоже думал об этом и вскоре понял, что правда о нашем рождении ничего не меняет. У нас есть только одни родители!