– Я очень злилась, но обед тебе достался.
– Я был потрясен и отчаянно благодарен.
– Но ты хвалил мой нос, а не отзывчивость.
– Не бывает, – проговорил Рысь все еще с усилием, – на мягкий знак воспоминаний не бывает.
И тут Роуз все-таки его поцеловала.
День первый
I
Джо читала, и это было трудно. Во-первых, потому, что было темно. Лампы не зажигались, и по этому случаю в зале даже раздвинули шторы, но хмурый утренний свет не особенно спасал. Во-вторых, потому, что рядом спали, и с каждым словом, с каждой новой фразой Джо все сильней хотелось уснуть тоже. Что она, дура, что ли? Ничего Рысь ей не сделает, даже если она вдруг эту книжку в окно выкинет. Джо все хотела дойти до отрывка, который ей вчера зачитал мастер, что-то про пса, про будку, крыльцо… Но книжка началась совсем не с этого. Да и что ей до мастера? Зачем он?
Рысь ему вроде нос разбил позавчера, а вчера вечером в Приюте погас свет. Это связано или нет? Никто не знал.
Приют полнился слухами, как и всегда. Вчера на кухне люди с аппетитом поедали невесть откуда взявшуюся капусту, хрустели листьями, строили догадки.
– А говорят, ой, – заметила Ксения и только что не облизнулась от довольства, – а говорят, что город нам еды больше вообще не будет присылать.
– Да вранье все это.
– Слушайте, а может, он его проклял? Ну то есть мастер – Рысь. Вы поняли. Потому и света нет.
Джо хотела уже заспорить с ними со всеми одновременно, но тут на кухню вошел Александр, сунул ручку за воротник вечного своего пиджака и спросил:
– Зачем вы говорите ерунду?
Его не услышали, конечно. Он стоял на пороге, будто совсем один, и повторил еще раз, хмуро, громко:
– Зачем вы несете всякую чушь?
Да просто нравится им, вот и несут.
Он даже захлопнул свою тетрадку. Смотрел в кои-то веки на лица, а не на страницы, а вокруг люди самозабвенно хрустели капустой.
– Откуда? – спросила Джо и для верности дернула кого-то за расшитую розами рубашку. – Откуда взялась капуста?
– Артур притащил.
Ой, Артур. Артур из тех старших, которые могут уже помогать Рыси, и работать, и носить в Приют всякую добычу. Однажды Артур приволок живого рака, и Роуз с девочками ходила потом его отпускать в городскую реку, это идти под шепотки через весь Асн. А Рысь иногда выбирался в город, но никогда не ходил за добычей сам.
– Я тоже хочу, – сказала Джо, потому что точно знала, что все забудут, – я тоже хочу приносить капусту.
Лимоны, груши, жвачку, простыни, детскую игрушечную лопатку, мелки для рисования, ведро краски, кулек со сливами, наждачку, заляпанный комбинезон, новую скатерть, придверный коврик и так далее, и так далее. Чего только они не приносили из своих странствий неизвестно откуда. Корицу. Курицу. Колокольчик в виде совы. Лак для ногтей…
– Да ты там всех изобьешь и только потом попросишь, – отозвался вдруг парень в рубашке с розами. – Ты неуравновешенная женщина.
– А тебе что?
– Да мне ничего, всех знакомых распугаешь. Жуй капусту. Она специально для тебя и росла, может.
Тут Джо поняла, что это и есть Артур. Он надел свои черные очки себе же на руку и стал изображать утиный клюв, такую утку в очках. Про Рысь все позабыли. И вот тогда Джо решила почитать книжку – выскользнула из кухни в коридор, пробралась в необычно тихий зал, посмотрела, как пляшут огоньки свечей в глазах у девушек, и попросила фонарик. Ей даже дали его, вот что удивительно. Может быть, из-за света фонаря, или из-за того, что сами страницы книги уже были пожелтевшими, Джо все казалось, что она нырнула под воду и там, под водой, пытается что-то рассмотреть. Слова не помещались в голове, не складывались в целое, не развертывались картинками, как в прошлый раз, когда мастер читал ей вслух.
«И был тот глава горд, пригож лицом и носил синий мундир в знак отличия от всех остальных, и радовались люди его города, не ведая грядущего».
Джо помнила эту историю. Ужасно глупо: ты забываешь, где родился, откуда пришел, вот в тебе вспыхивает сила – и вот ты уже в Приюте, потому что нормальный мир не терпит таких, как ты; и все, что остается в голове, – обрывки школьных знаний. Вот есть их лесной край, и в нем семь городов расположились кольцом, включая Асн, и Кесмалла в центре, и еще есть один город – восьмой, разрушенный. И про него книга, и это там был мастер в синем.
«О, сколь прекрасна и привольна была бы человеческая жизнь, если бы кару за свои поступки мы могли предугадать заранее! О, бедный род людской, несчастья сыплются на тебя словно из рога изобилия, тогда как радости приходят редкими подарками, но, уповая на милосердие небес, мы все ж имеем дерзость полагать, что бедствия наши конечны, тогда как грядущая радость будет вечной». Джо взъерошила себе волосы еще раз и еще – какая грядущая радость? О чем это? Какая кара за поступки? Ну, если подерешься, если кинешься силой, потом плохо. Они об этом пишут? Как вообще понять? Если бы Джо хотела рассказать свое, она написала бы иначе. Света нет. К Рыси не пускают даже навестить, Роуз боится то ли за него, то ли за них. Он бы порадовался, что она учится читать. Можно ли к мастеру теперь? Что там случилось?